к лицу, прошу тебя при всех твоих подданных вновь. Быть может, это охладит твой разум. Одумайся. Боги ведают о твоих тёмных помыслах, о неутолимой жажде. Если ты не остановишься сейчас, твоя доля будет печальна. И этот час близок.
Тишина поглотила празднично украшенную площадь. Горожане недоуменно переглядывались. Пальцы князя впились в подлокотник кресла с такой силой, что послышался треск раздавленных резных завитков. В серых глазах мужчины появилась ярость. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы скрыть это, вновь чуть поднимая углы губ в намеке на улыбку. Княгиня же, вскинула голову и, прищурив яркие синие очи, следила за вилой.
– Благодарствую. В каждом из нас, как известно, таятся и мрак и свет, похоже, что настрой моих дум был слишком мрачен, когда я возносил хвалу, – неторопливо молвил Богуслав, расслабляя хватку. – Нашему княжеству пришлось тяжело этой зимой. Многих унесли болезни и набеги. Должно быть, вы не знали об этом.
Милица криво усмехнулась, вслушиваясь в проносящиеся вокруг согласные шепотки.
– Слово сказано, князь, – ответила она. – Твоя воля.
Развернувшись, она подошла к выбившимся из толпы болезным людям, а Невена и Смеяна тут же последовали её примеру. Доверчиво протянутые ладони оказавшись в сомкнутых пальцах девушек-духов окутывались хрупкими огоньками, безошибочно растекаясь по телу, находя раны и старые боли. Теплотой волшебных огонеё исцелялись многие напасти.
Горячие благодарности выздоровевших лились рекой, заглушив прежние обсуждения. Отвешивая поклоны целительницам, они пятились, стараясь незаметно поставить свои дары наземь. В свертках прятались вкуснейшие караваи хлеба, крынки с молоком, мёд, свежие ягоды в плетеных коробах – хотя платы за свое дело вилы никогда не требовали.
Невена улыбнулась старушке, которой только что сняла боль в полуслепых глазах. Морщинистые щеки прочертили дорожки слёз радости.
– Ой дочка, пусть твоё добро тебе вернется, да благословит тебя всякий бог, – благодарно частила старушка, сжимая ладонь вилы.
– Будь здорова, бабушка, – ответила она.
– Мой черед! – раздался звонкий голос, и место напротив Невены занял княжеский сын. В его чертах угадывалась твердая воля, а в синих глазах, таких же, как у его матери, различалось любопытство.
– И что же у тебя болит, княжич? – с сомнением оглядела его девушка.
– Вот, – он показал виле свою левую ладонь, на которой влажно блестел свежий глубокий порез.
– Как же это случилось?
– Всего лишь небольшой спор, – мальчик пожал плечами. – Так что, вылечишь меня?
– От дурости мои силы не помогают, – пробурчала себе под нос Невена, и чуть громче добавила. – Вылечу.
Она приняла его ладонь, и позволила силе протечь сквозь кожу. Колючие звездочки огоньков обожгли края раны, заполняя её светом, стягивая и обновляя. Невена разомкнула пальцы, выпуская руку Велимира, и тот с восторгом осматривал тонкую линию нежной кожи, оставшейся