ризничают. Мы, это я и мой сын Минька. Сидим в очереди к невропатологу, Миньке уже шесть, а он так и не разговаривает. Нет со мной, наедине, он не молчит. Все слова произносит чётко. Стихи и песни знает. Читает по слогам. Считает до ста свободно. Дома это вполне здоровый ребёнок. Но вот среди людей… Минька всегда крепко держит меня за руку, как будто боится потеряться. Никогда никому слова не скажет. Когда ему было три, попыталась его отдать в детский сад. Как матери одиночке дали место в саду рядом с домом. Отвела его, Минька не плакал, он просто забился в угол и просидел там три часа. Молча. Как только воспитательница подходила к нему, он сжимался в комочек и начинал интенсивно трясти головой. И всё молча. Тогда нас и отравили на обследование. В сад просили не приходить, пока не поставим диагноз. Я и раньше замечала за малышом странности. С детками он не играл, пыталась я его водить на детскую площадку. Он просто сидел рядом со мной на лавочке. Миньке очень нравилось гулять в самых отдалённых уголках парка, где не было людей. Тогда он отпускал мою руку и счастливый бегал между деревьев, собирая цветочки, листочки, крошечки. Всё это приносилось домой, раскладывалось на подоконнике. И уже в сухом виде укладывалось в коробочки. Для этих целей в фикс-прайсе были закуплены разные контейнера. Пока сын не умел писать, все контейнера подписывала я. Такие смешные названия он им придумывал, вот например, змееголов или пробой. Ну, что за травка пробой? Я специально посмотрела в интернете, нет такой. Были и знакомые названия, спорыш, душица. Почему маленькому мальчику нравилось собирать травы, не понятно. Но как говорится, чем бы дитя ни тешилось.
Детки в очереди всё больше капризничали, Минька сидел рядом со мной как взрослый. Обливаясь потом, переносил жару. Он вообще к жизни относился философски. Есть хорошо, нет тоже хорошо.
В сыне меня больше всего пугала одна особенность. Миша, когда оставаясь своей комнате один, с кем-то разговаривал. Сначала я думала, что с игрушками, но прислушавшись, поняла, что с игрушками дети так не разговаривают. Такое ощущение, что в комнате с ним находится взрослый человек, иногда и не один. Уж сколько раз я пыталась поймать того, с кем мой сын общается, бесполезно. Как бы неожиданно я не входила в комнату, Минька там находился один. Иногда даже речь свою не прерывал, спокойно, глянув на меня, досказывал свою мысль. Поначалу волосы дыбом становились, сейчас я и внимания не обращаю.
Вот и наша очередь, в кабинете прохладно, можно вздохнуть полной грудью.
– Ну, что анализы все сдали? – Обратилась ко мне врач. Полная женщина, с красиво уложенными волосами, с модными тату бровями. Вот только её светлые волоски бровей уродливо торчат над татуажем, наращённые ресницы делают глазки маленькими. Зачем женщины себя так уродуют? В зеркало на себя не смотрят? Я вздохнула, протянула кипу бумаг, все анализы, которые проходили с Минькой в течение месяца. Позавчера, когда мы ходили на очередную сдачу крови, Миня уже возмутился.
– Мам ну, сколько можно? Здоров я. Ну, просто не хочу с живыми людьми общаться, ни чему хорошему они меня не научат.
– Миня! – Воскликнула я, – что значит с живыми? Ты вообще, ни с кем общаться не хочешь. А как в школу?
– В школу не пойду. Пусть учитель на дом ходит. Его я слушать буду. Может даже и отвечать. Мам нам и так хорошо. – Миня обнял меня, чмокнул в щёку. – Прими меня таким, какой я есть.
– Милый, я тебя так люблю. Но чтобы к нам на дом ходил учитель, нужна выписка врача.
– Будет тебе выписка. Я же не буду в кабинете разговаривать. Дурачок я. – Минька счастливый поскакал по комнате.
Вот горе луковое. С живыми он общаться не желает. Вот что это значит? Как будто можно с мёртвыми общаться? Да, не удачно я квартирку получила. Окна нашей двушки, выданной мне государством, как сироте, выходили на кладбище. Причём все три. Другого вида не было. Дом старый в два этажа, всего с одним подъездом, восемь квартир. Заняты всего четыре. Остальные четыре в аварийном состоянии. Вот уже второй год мы ждём переселения. Сколько ещё ждать придётся, не известно. Когда я подписала документ на квартиру, счастью моему не было предела. Своя! Собственная! Пусть старая, пусть без ремонта! Я всё сделаю. И сделала! Зря, что ли на штукатура моляра в училище закончила. Квартирка получилась светлой, уютной. Одна мечта детдомовки сбылась. Теперь можно и вторую реализовывать. Нужна семья, я точно знаю, что буду отличной матерью. Вот только муж мне нужен не пьющий. А, где такого найти? Когда я уже разочаровалась в молодых людях и решила, что если замуж не выйду, то рожу сама себе, мне начали сниться странные сны. В течение недели ко мне приходил красивый, я думаю красивый, лица я так и не увидела, молодой человек. Занимался со мной любовью и под утро уходил. Самое странное, что утром я себя так и ощущала, как будто всю ночь занималась любовью. Всю неделю я не высыпалась, женщины надо мной на работе подшучивали, я отмахивалась и обижалась на них. Одна я сплю, одна! В пятницу так и вовсе на работу проспала, чего со мной никогда не было. Ночь была уж сильно бурной. Я уж хотела идти к психиатру, но ночи любви закончились также внезапно, как и начались. Через месяц не пришли месячные, через три я всё же сообразила, что беременна. Как? От кого? Гинеколог, когда я рассказала, что мужчины у меня не было и зачатие не порочное,