врагов.
Так пишут в летописях, так говорят в доме Воронов, такие сказки рассказывают детям. Веда знала другую историю. Не Белобог тогда помог Охотникам, не он спас их от неминуемой гибели, а те, кто обладал еще большей силой.
– О чем задумалась, Ведеслава? – Влад оторвал свой взгляд от горизонта. Там уже виднелись поля, на которых работали крестьяне. Чем дальше от столицы, тем больше земель обрабатываются и используются для земледелия.
– Любопытный день вчера был. О нем и думаю, – через какое-то время ответила девушка. – Тебе знаком тот символ, что был на шее Змея?
Влад покачал головой. Он старался вспомнить, прокручивая все знания в своей голове, которые хоть немного касались черномагов и их бога. Но ничего так и не нашел. А нужной книги он с собой не прихватил.
– В Вороньем доме учат, что их больше нет. Всех уничтожили наши братья. Неокрепшие воронята с восторгом слушают о подвигах Воронов. Неужели и это – всего лишь очередная ложь? – с тяжелой ухмылкой задал вопрос охотник, с силой сжимая поводья Призрака.
– Оправдывать Воронов я не стану. Но смерть старых черномагов не означает, что сейчас не могут появиться новые, – сказала Веда, не глядя на Владислава.
– Верно, – тихо произнес парень, сразу же озвучивая то, о чем думала травница. – Но он подобрался слишком близко к столице…
***
Через несколько часов охотник и травница выехали на один из главных трактов Замковья. Стало намного удобнее. Лошади перестали спотыкаться о бугры и оступаться из-за нередких ям. А по обе стороны от тракта тянулись поля, на которых работали крестьяне.
Пшеница все еще зеленая, но уже довольно высокая. Колоски только начинают формироваться, неспешно покачиваясь на теплом ветру. Если смотреть издалека, кажется, будто это и не поле вовсе, а мохнатый зеленый ковер, по которому иногда проходит рябь небольших волн.
До жатвы еще далеко, нужно дать зерну налиться солнцем и окрепнуть. А пока крестьяне заботливо рыхлят почву, напитывая ее кислородом, избавляются от сорняков специальными ножами, чтобы те не отбирали у пшеницы питательную влагу.
Ведеслава протяжно вздохнула, чувствуя, как набирающее силу солнце напекает ей голову, лицо и плечи. А до полудня еще далеко.
Поблизости нет ни леса, ни хотя бы одного худого дерева, под которым можно укрыться. Где-то слева скрывается маленькая, бедная деревушка, название которой травница не запомнила, но это крюк. Лучше они отдохнут позднее.
Влад выглядит лучше. Волосы его светлые, как пшеница, и не так привлекают солнечные лучи, как темные косы Веды. Хотя щеки его неторопливо покрываются румянцем, а на лбу выступают капельки пота.
Ворон щурится, прикладывая ладонь к глазам, смотрит прямиком на яркий блин Солнца, словно просит его прекратить. Но Солнце не отвечает, и он отворачивается, оглядывает не прекращающих свою работу крестьян, а после поворачивается к молчащей девушке.
– А знаешь ли ты о Полуденницах, Веда? – растягивая губы в улыбке, спрашивает