пирожки с лапшой, с тестом и с хлебом, я, взяв три пирожка с мясом и два с капустой, и направился в ближайший парк, который был еще и центральным. Вот в чем прелесть маленьких городков, так это то, что тут все рядом и вокзал, и центр и центральный парк с самым настоящим прудом, в котором плавал самый настоящий лебедь, хотя присмотревшись, я понял что вовсе это не благородный лебедь, а самый обычный домашний гусь, ну что же пусть гусь, вот такая у меня сказка, где вместо лебедя гусь, где Василиса циничная стерва, а Иван Царевич похотливый кабель.
Усевшись на лавочку, я впился зубами в пирожок с капустой, который надо сказать оказался чудо как вкусен, я сам не заметил, как съел один и принялся за второй, и только доедая его, я почувствовал на себе пристальный взгляд. Рядом с лавочкой сидел здоровенный пес и с мольбой во взгляде смотрел на меня, хотя нет, какой пес, это же был волк, тот самый волк, которого мы видели рядом с девчонкой на мопеде.
Я смотрел на волка, волк смотрел на пирожок, глаза его были полны мольбы, а из пасти катились слюни грусти. Спросите, как такое может быть? Ну вот бывают слезы грусти, а тут то же самое, только слюни. Нет ну не каменное же у меня сердце, я вытащил один пирожок и намеревался уже его кинуть, когда волк совершенно четко и отчетливо произнес.
– Не вздумай! – Пирожок чуть не выпал из моих рук. – Я тебе что пес шелудивый с земли есть? Я, между прочим, оперативный сотрудник. Положи пирожок на скамейку! Аккуратно, осторожно! Чтобы я видел твои руки!
Я положил пирожок и волк, устроившись рядом, тут же его слопал. Закончив с пирожком, он покосился на два оставшихся, я вздохнул и поделился с ним по-братски. Расправившись каждый со своим пирожком, мы пристально посмотрели друг на друга. Ну да! Так и есть! Сучилось все-таки это. От стресса я кукухой поехал, бросил все, забрался в глушь, сел на лавку и начал разговаривать с животными. Ну собственно моя бывшая всегда говорила, что я закончу чем-нибудь подобным.
– Ты от Ваньки сообщение принес? – Начал волк. – Что, упустил он Кузьму? Василиса сразу говорила, что нельзя его за бродяжным отправлять, а Кощей ей, дай человеку шанс, у него не одни бабы на уме, он и с делом справиться может.
– Кощей – это Константин Андреевич? – Не удержался и спросил я. Да, я слышал, что с шизофренией можно бороться просто, не воспринимая вымышленную реакцию, но очень уж было любопытно.
– Кто ж еще. Он самый. Бессменный директор Института. Бессменный и бессмертный! – Хмыкнул волк. – Бельский его одним из первых создал, думал создать себе совершенную охрану, сначала то понятно пытался богатыря создать, но вот только… Эх Святогор… Ну а когда не получилось с богатырем, решил создать злодея, только у него Кошей получился не злодейский, он самый крутой экономист и администратор в мире, он и Институт этот и город поднял, а как Бельский пропал, так все тут на нем держится.
– Но как же… – Удивился я. – А почему тогда Василиса за ним замужем? Он что ее похитил?
– Дурак что ли? – Удивленно уставился на меня волк. – Зачем? Она ж какая? Она ж премудрая! –