жигуленке до самого районного центра, до железнодорожного вокзала. Правда молчал всю дорогу, лишь вздыхал, а уже на перроне, где мы стояли в ожидании поезда, он, недовольно косясь на меня, отвел Сергея в сторону и что-то эмоционально ему говорил напоследок. Сергей тоже ему что-то отвечал и отрицательно качал головой. Они о чем-то спорили и размахивали руками, но я старалась не вмешиваться, пусть Сергей сам все решает, как и обещал мне. Я просто терпеливо стояла в сторонке и делала вид, что меня их разговор совершенно не касается и не интересует, хотя, признаюсь вам, мне было ужасно одиноко и очень обидно чувствовать себя никому не нужной, посторонней. Хорошо, что поезд до Москвы вскоре подошел и мы, наскоро простившись с отцом, суматошно разместились в душном плацкартном вагоне и, не сговариваясь, выдохнули возникшую напряженность, посмотрели в глаза друг другу и даже улыбнулись.
Я отчаянно старалась изобразить радость. Спасибо, что хотя бы Сергей вел себя по-иному – он был и заботлив, и внимателен и всю дорогу, что мы ехали с ним в поезде, сидя на нижней полке, он обнимал меня за плечи и в самых радужных красках описывал ту нашу счастливую жизнь, которой мы с ним заживем в Москве. Вместе, вдвоем!
И знаете что? Пока я изображала радость, я вдруг и в самом деле почувствовала что рада. Да, именно рада! А чего грустить? Я ведь на пути к своей мечте, я еду в Москву! Эге-гей! Подумаешь, какие-то глупые разочарования влезли в мою голову, когда я прощалась с отчим домом. Я все грустные мысли решила оставить в прошлом, за спиной! По всем законам, если в одном месте вас послали, то в другом-то точно заждались, правда?!
И я уже без всякой грусти слушала, как мой Серега шепчет мне, о том, что я молодая, красивая и уверенная в себе. И что он меня очень-преочень любит! И я смеялась, и я с улыбкой разглядывала проплывающие за окном просторы нашей необъятной страны. И я буквально купалась в глазах моего парня, и эти глаза лучились восхищением и любовью ко мне. Это так приятно, оказывается!
И я пыталась ему верить всю дорогу, и почти убедила себя в нашем с ним счастливом совместном будущем, когда наше трудное путешествие закончилось в подмосковном городе Видное и когда мы уставшие, измотанные и нервные втащили наконец-то наши вещи в ту квартиру, адрес которой дал Сергею его добрый сослуживец Эдик.
Квартира в обычной панельной пятиэтажке на третьем этаже оказалась вполне жилой и была бы даже уютной, если бы не тот запущенный вид, в котором она предстала перед нашими глазами, когда Сергей открыл входную дверь теми ключами, что протянула нам пожилая тетка – соседка по лестничной площадке.
Эта подозрительная женщина долго и дотошно расспрашивала нас о том, кто мы такие и действительно ли ее сосед Эдик разрешил пожить нам в его квартире. Когда мы, наконец, смогли ее убедить и доказать, что никакие мы не воры и не самозванцы, она смилостивилась и разрешила нам жить здесь. Но предупредила, что не потерпит громкой