в реальность происходящего. Кто-то внутри меня приказал – «ущипни себя за руку». И я на автопилоте послушно ущипнула себя, но вокруг меня ничего не изменилось – в нашей с Серегой комнате, на нашем диване лежал мой Сергей и спал. И в этом ничего странного не было и не должно было бы меня так удивить и поразить, если бы он лежал там… один.
В том-то все и дело, что он был не один, а с какой-то чужой, незнакомой мне девицей. И она тоже спала, уютно так прижавшись к моему парню. «Нифига себе, – стучало в моей голове. – Чего это мой парень обнимает эту девчонку без всякого стыда и напряга, словно так и должно было быть?» Я даже не сразу разглядела и лишь чуть позже поняла, что на них совершенно нет одежды. Совершенно.
Вот это был облом… удар ниже пояса…. Я даже физически ощутила, как меня ударило что-то. Вы не поверите, но мне стало очень больно, в том месте, где у людей, наверное, находится душа, так больно, что меня согнуло.
А когда я с трудом выпрямилась, то…. Знаете, мне вдруг стало так стыдно! Стыдно, что я словно вижу всё то…. Ну, то самое, что происходило сейчас, здесь, буквально перед тем, как я появилась в этой комнате. Мне стало вдруг страшно от одной мысли, что сейчас эти двое проснутся, откроют глаза и посмотрят на меня. И я предстану перед ними вот такая жалкая и растерянная…. Или обманутая…. Нет, нет.
И я на цыпочках, осторожно попятилась назад, пока спиной не ощутила входную дверь. Прижавшись к ней и немного постояв, я развернулась, тихо открыла дверь и вышла, осторожно прикрыв эту дверь за собой. Всё… радуга в моей голове превратилась в туман, и этот туман заполнил всю мою глупую и пустую голову, вытесняя из нее все мысли и все чувства. Все! Напрочь…
Как я спустилась по лестнице, вышла на улицу и увела себя куда-то в сторону сквера, подальше от этого чужого дома и от этой чужой квартиры – я не помнила. Краешком оставшейся одинокой мысли, которая еще каким-то чудом задержалась в моей голове, я отметила, что вот – теперь парня у меня больше нет. Он тоже стал чужим. Значит, сейчас я уводила себя и от этого чужого парня. Вот так в одно мгновение можно все потерять – все, о чем мечтала, все, что казалось моим. У меня больше не осталось ничего. Ни парня, который так и не стал моим настоящим мужем, ни ребенка, который так и не родился, ни мечты о собственной квартире, ни даже вот этого временного жилья. Да у меня вообще больше ничего не было. Капец, как говорит Лизун. И что делать? Куда теперь?
Я зачем-то усадила себя на какую-то лавочку. Я долго сидела, сжавшись в комочек и обняв себя двумя руками. Я даже не ощущала холода и того, что лавочка была мокрая и все мои джинсы тоже промокли. Я растерялась или потерялась. В голове осталась лишь одна фраза, которую я повторяла, как попугай – «Не айс, не айс, не айс»…
Оказывается можно существовать и так – вроде бы живая, видишь, слышишь, но будто бы ты уже умерла – потому что ничего не чувствуешь….
Стало быстро темнеть, в сквер потянулись люди, которые