на стол. Выглядело все очень аппетитно. Мия села за стол, и сняла с себя худи.
– Вино? – Крис продемонстрировал ей бутылку вина, и достал бокалы.
– Я не против. – улыбнулась Мия и поймала его заинтересованный взгляд. Крис наполнил бокалы вином и поставил их на стол. Мия с удовольствием уплетала ужин, Крис приготовил все просто чудесно. Было безумно вкусно!
– Ну, как?
– Очень вкусно. – Мия отпила вино из бокала и посмотрела на своего собеседника, который довольно улыбнулся.
– Я рад, что тебе нравится.
– Ты часто тут бываешь? – Мия снова глянула на Криса, он расслабленно откинулся на спинку стула, потягивая вино из бокала.
– Нет. Тут часто бывают мои родители и брат.
– Это ваш дом? – тут-то до Мии и дошло, почему он тут так свободно себя чувствует.
– Да, мы купили его четыре года назад. Родители любят тут бывать. Сейчас у брата курс химии, они в Германии, а я решил приехать сюда.
– У твоего брата онкология? – осторожно спросила Мия. Крис лишь кивнул. Они молчали, но потом Крис сам заговорил.
– Мы занимались гонками вместе, но, когда я начал продвигаться по лигам выше, отец начал вкладывать все деньги в меня, он влез в долги, мы продали дом, который оставался у нас здесь от бабушки. Мой брат ненавидел меня, ненавидел отца, который поддерживал только меня. Я не знаю, завидовал он мне или просто недолюбливал. В итоге, его друзьями стали алкоголь и наркотики. На фоне всего этого онкология дала о себе знать, и это был самый страшный период в жизни. Все, что я зарабатывал, я отдавал на лечение брата. Когда появились спонсоры, и я пробился в формулу, то поклялся себе, что верну отцу все, что он вложил в меня, что вылечу брата, чего бы мне это не стоило.
– Чувствуешь вину перед ним? – Мия заметила, как Крис напрягся. Она спросила то, на что он боялся ответить даже сам себе.
– Скорее да, чем нет.
– А твои родители? Они тоже так считают?
– Нет, отец говорит, что нужно принимать свою судьбу, какой бы она не была, и если мой брат выбрал такой путь, то он сам виноват в своей болезни.
– Твой отец строг. – заметила Мия. Крис улыбнулся и пожал плечами.
– Если бы не его строгость, мы бы не были теми, кем являемся. Мама была нейтрализатором наших отношений с отцом. Морковка и палка, в самом прямом смысле их проявления. Кажется, так говорят?
– Да, так. У меня вот осталась только палка. – рассмеялась Мия, ведь так оно и было – мама была главной в их семье всегда, и ослушаться ее никто не смел, а папа все разрешал и баловал их с братом.
– Все так плохо? – Крис начал убирать со стола пустую посуду. Мия наблюдала за ним, потягивая вино.
– Даже не знаю, мне хочется от нее поддержки. Я всегда думала, что мама – моя лучшая подруга. Я делилась с ней всеми своими секретами, мыслями и планами на жизнь, а она только критиковала. Никакой поддержки. Тогда я замкнулась в себе и перестала с ней откровенничать. Но я благодарна ей за то, что она заставляла меня ходить на внеурочные занятия.