волосы в полном беспорядке, белая блузка промокла и просвечивает теперь алым кружевом. Полная порнография. Бросаю сумочку на столешницу раковины и хватаюсь за полотенце. Промакиваю лицо, волосы, стираю тушь под глазами.
– Конечно, – с досадой отмечаю, что забыла с утра надеть цветную линзу, или та потерялась в этом злосчастном урагане на улице. Понятно теперь, почему Лелес на меня уставился. Если среди моих клиентов дефект цвета глаз – это изюминка, то обычные люди воспринимают его как отклонение от нормы. И пялятся. – Замечательно! – вспоминаю, что очки треснули, и теперь мне придется весь день так ходить.
Рывком снимаю с себя пиджак и бросаю к сумочке, принимаюсь расстегивать пуговицы на блузке и ищу глазами фен. Не хватало еще красным бельем под мокрой блузкой светить перед Колесниковым. Эта сволочь тогда от меня не отстанет вообще, и уволиться придется сегодня же.
– Фен внизу, – дверь открывается, и я встречаюсь взглядом с глазами Лелеса в зеркале. Руки сжимаются на груди, которую уже не прикрывает блузка, и румянец заливает густой волной.
Он застывает, вцепившись рукой в ручку двери, и смотрит не моргая. Одна секунда, вторая, десять. Вообще офонарел так рассматривать! Или если гендир, то все можно?
– Спасибо, – запахиваюсь мокрой блузкой, – можно мне теперь остаться одной?
– Да, – Лелес опускает глаза и усмехается, – секретарша принесла тебе чай.
– Спасибо, – смотрю на него еще более многозначительно.
– Точно, да, – до мужчины наконец доходит, и он прикрывает за собой дверь.
– Не мой день, – рывком открываю нижние ящики на предмет фена и вытаскиваю его.
Начальник видел меня в белье. В очень развратном красном. И что он подумал? Господи, ну он же не Колесников. Я ему точно неинтересна. Просто не ожидал, поэтому и пялился так долго.
Включаю фен, который заглушает мысли в голове, и интенсивно сушу волосы и блузку. Оборачиваюсь на дверь и щелкаю замком. Затем снимаю юбку и сушу ее тоже. Одежда все равно осталась немного влажной, но теперь хотя бы выглядит приличной.
Надеваю все обратно, распускаю волосы, чтобы те упали на грудь и спину и прикрыли все равно немного просвечивающее кружево. Забираю сумочку и мокрый пиджак, который будет досыхать на спинке моего рабочего кресла, и выхожу в кабинет Лелеса.
– Спасибо, – мнусь у двери и смотрю в сторону выхода.
– Попей чаю, – он отрывается от бумаг и указывает мне ладонью на стул перед собой.
– Я и так опаздываю, – начинаю отступать к выходу, – Семен Александрович будет недоволен.
– Колесников? – Захар поднимает трубку рабочего телефона и нажимает на кнопку. – Семен, у меня тут одна твоя сотрудница – Вера Троцкая. Она задержится минут на пятнадцать. Не ставь ей опоздание, – гендир вешает трубку, не дослушав ответ, и опять кивает мне на кресло.
Пару секунд мнусь под его пытливым взглядом и подхожу ближе. Кладу свои вещи на одно кресло, а сама присаживаюсь на свободное. Несмело забираю чашку со стола и делаю глоток. Чай сейчас