Судя по всему, занимался он этим давно.
– Вечер добрый! – поприветствовал капитана Даниил.
– Да уж рассвет скоро, – благожелательно ответил тот, даже не взглянув на вошедшего и продолжая работать.
– Меня Даниил зовут, а паспорт я в поезде оставил.
– Был бы человек, а документ мы завсегда составим.
Дан смутно помнил, что похожее выражение, адресованное подследственному, ничего хорошего последнему не сулило. Но он же не был подследственным, да и времена теперь другие, поэтому, сев на стул по другую сторону стола от милиционера, он решительно заявил:
– Я в Москву хочу!
– В Москву все хотят, – всё так же благожелательно ответил капитан.
– У меня там дом!
– А у меня дом, – на этом слове служитель закона запнулся и поднял глаза на посетителя, – в другом месте, а я вот тут сижу.
Глаза!.. Дослужиться всего лишь до четырёх маленьких звёздочек к этому возрасту – такое в принципе возможно, но быть просто капитаном с такими глазами – крайне маловероятно. Или он на славу проштрафился.
– Вы из «конторы», – не удержался Дан.
– Приятно иметь дело с умным человеком. Впрочем, в скором времени вы всё равно бы догадались. Служили?
– Да, срочную, два года. Танкист.
– Это хорошо, – глаза капитана подобрели. – А то присылают чёрт знает кого!..
– Откуда присылают? – осторожно поинтересовался Даниил.
– Оттуда, – мужчина с досадой ткнул ручкой в сторону железнодорожной станции.
– И часто… присылают?
Капитан некоторое время задумчиво изучал посетителя.
– После армии что-то заканчивали?
– Да.
– Давайте так: пообвыкнете немного, присмотритесь. Никаких резких движений не делайте. Поживите пока у бабы Дуси: третий дом отсюда, Григорьич покажет. А там и поговорим.
Вытащив из кармана ключи, он подошёл к стоящему в углу громадному несгораемому сейфу, открыл его, вытащил несколько купюр и положил на стол перед Даниилом, а сверху прикрыл их бланком расходной ведомости. Вписав в длинную строку слева его имя, а в столбец напротив – «сумма 50 руб.», капитан подвинул ему ручку со словами:
– Это не вербовка. Так, подъёмные. Надо же вам на что-то жить.
Дан взял деньги в руки – девять купюр номиналом по пять рублей и пять рублёвых, взглянул на год выпуска – 1961-й, и поднял глаза на милиционера. Тот открыл ящик стола, вытащил из него газету «Правда» и обвёл ручкой дату: «17 сентября 1973 года».
– Газета недельной давности. Зовите меня Николай Фомич.
Даниил проглотил комок в горле:
– Имя и отчество настоящие?
– Настоящие.
– Значит, отсюда нет выхода?
– Может быть, и есть, но пока его никто не нашёл. Я сильно форсирую события и нарушаю все инструкции, но мне почему-то кажется, что в случае с вами это единственно верный путь, – красные от недосыпа глаза капитана сейчас ничего не выражали. – До завтра. Вернее, до вечера. Давайте в восемнадцать. И очень прошу: не надо никого ни в чём разубеждать. И так обстановка нервная.
Даниил