все еще сидел повернувшись ко мне, смотрел изучающим и немного странным взглядом, как будто из всех задаваемых вопросов важен был только этот. Я же задумалась над ответом. То, что я не выпалила «да», уже говорило о многом.
– Наверное, – я начала стучать ногтями по телефону. – Я не знаю. Мы были очень близки. Или же мне так казалось. Он умеет ухаживать, осыпает подарками и деньгами – это, знаешь ли, располагает.
– А еще заставляет чувствовать тебя обязанной… даже зависимой.
– Ну, а если это так? Я многому обязана ему, и это правда. Кто я сейчас без него?
– По губам бы тебе надавать за эти слова, – тихо прошептал Новиков, глядя на мои губы, которые я инстинктивно поджала. – Скажи, ты злишься на него? Мстить будешь?
– Не знаю, – пожала я плечами. – Сейчас я больше думаю о своих перспективах в кино, чем о Павловском.
– Значит, определенно не любишь, – заключил Кирилл с облегчением. – Раз он не вызывает у тебя желание разбить ему голову, он не задел тебя по-настоящему.
Да уж! Единственный человек, который реально может задеть меня – сидит рядом.
Я поймала себя на мысли, что это самый подходящий момент, чтобы вернуться к нашему откровенному разговору. Но, видимо, Кирилл тоже так подумал и переместил свой взгляд с моего лица на ногти.
– Да отложи ты телефон и поешь наконец, росомаха!
– Что? – я выронила сотовый от злости и удивления. – Ты что, обалдел?
– Как ты с ними управляешься: голову моешь, готовишь? Это же…
– Не смей критиковать мой маникюр! – предупредила я, крепко сжав чашку с чаем, готовая вылить ее на него, если продолжит.
– Да ладно, я прикалываюсь, – он слегка потрепал мои волосы, – хотел съехать с темы твоего новоиспеченного бывшего! И у меня ловко получилось, не находишь, росомаха?
– Не называй меня так!
– Как? Росомаха?
– Ты сейчас снова поедешь в больницу.
– Со вторым переломом? Для симметрии?
– С ожогом второй степени!
– Жестоко…
– Все, я выложу видео без хэштегов! В качестве моральной компенсации! – пригрозила я, вновь схватив телефон и цокая по его экрану с завидным усердием.
– Даже этот звук доводит до мурашек, – передернул плечами Кирилл. – Не понимаю, кому бы понравилось, когда к нему прикасаются такими когтями.
– Это маникюр, и, между прочим, весьма дорогой.
– Да я уже понял, что ты у нас вся дорогая.
Устав спорить, я отвернулась и начала пить чай, параллельно занимаясь видео в приложении. Получилось просто супер, музыку наложила пафосную, несколько раз пересмотрела получившийся результат. Не может быть, чтобы Новиков не позволил выложить этот шедевр.
– Все равно настаиваю на хэштеге, – произнес он, посмотрев итог вместе со мной.
– Зачем он мне? – проворчала я, не поворачивая головы, чтобы не видеть его хитрых глаз. Сейчас была даже рада, что он сидел не напротив.
– Потому что для твоей аудитории и окружения все выглядит так: какой-то лысеющий чмошник обманул тебя, использовал как куклу и разбил сердце.