равно. Может, прежнюю Латти это бы очень сильно задело. Но я, настоящая, пережила за свой короткий жизненный стаж столько горестей и бед, что у большинства этих милых и высокомерных куколок просто не выдержали бы нежные ушки, не говоря о том, чтобы испытать такие события лично.
Я стояла в компании малознакомых мужчин, краем уха слушая их разговор с Гаспаром, как вдруг за моей спиной раздался низкий голос, словно воскресший из воспоминаний:
– Так вот как выглядит настоящая причина алкогольной попойки моего брата средь бела дня! – как всегда с лёгким оттенком иронии промолвил Себастьян Эскалант.
Я повернулась к нему, не замечая, что опять стала центром всеобщего внимания.
– Рада видеть вас, Себастьян! – формально проговорила я, подавая руку.
– Ну что же ты так официально? – усмехнулся он, пожимая мою ладонь. – Помнится мне, однажды ты была очень смела и даже нахальна!
Неудачное напоминание о нашей последней встрече огорчило меня. Видно, я плохо скрыла свои эмоции, и он это подметил.
– Да, ты права, как-то совсем не то я припомнил, – снисходительно заметил он. – Твой жених позволит пригласить тебя на танец?
Гаспар многозначительно посмотрел на меня, и я, кивнув в ответ, нехотя согласилась. Я не желала иметь ничего общего с этой семьёй. Ничего, кроме колючих воспоминаний.
Тем временем он умело закружил меня в вальсе. Я сосредоточенно смотрела на его плечо.
– Сеньорита, вы могли бы ради приличия хоть слегка изобразить удовольствие от моего общества? Ну на худой конец – безразличие! – криво улыбаясь, заметил он, и я подняла на него рассеянный взгляд.
– Прости… – опомнилась я.
Он рассмеялся:
– Ну надо же! Ты даже не попыталась разубедить меня или хотя бы скрыть это! Я восхищён.
– Рада, что угодила тебе, – машинально ответила я.
Его взгляд скользил по мне.
– Хочу заметить, что ты всё также выделяешься своей экзотической красотой среди наших однотипных дам.
Комплименты Эскаланта всегда отличались изящностью и много стоили, так как он никогда не льстил.
– Благодарю, – слабо улыбнулась я.
Женщине всегда приятно слышать похвалы её внешности.
– Но не могу не отметить, что ты сильно изменились, – продолжал изучать меня Себастьян.
– В чём именно, позволь поинтересоваться?
– Пока не знаю, – задумчиво молвил он. – Но наивности в тебе точно стало меньше.
– Неужели твой брат теперь не сможет меня одурачить? – зло усмехнулась я.
Эскалант стал суровее.
– Ты же знаешь моё отношение к этому. И я бы мог многое рассказать тебе о нём и его переменах. Но ни в коем случае и никогда я не буду оправдывать поступок моего брата. Ибо этому нет оправдания.
– Ни к чему этот разговор, – резко сказала я, но признала правоту Себастьяна. – Всё уже позабыто.
– Неужто, Злата? – он следил за моими эмоциями, но моё лицо ничего не выражало.
– Да! –