с кровати. Но ничего не попишешь – нужно было вывести на прогулку собаку. Французский бульдог по кличке Старбакс нетерпеливо подпрыгивал на месте и поскуливал от нетерпения.
Муж уже давно встал и даже успел принять душ. Лана быстро одевалась, ведь ей очень не хотелось вытирать за собакой лужу. Лана улыбнулась вышедшему из душа супругу и спросила его:
– Ты чего так рано встал? Поспал бы еще.
– Да как спать при такой жаре? У меня встреча сегодня в Цюрихе. Поеду пораньше, пока пекло не началось. Через пятнадцать минут водитель приедет.
– Ну, тогда легкой дороги, а я побежала с Басей на прогулку.
Лана нацепила на собаку поводок и быстрым шагом вышла из квартиры. Спустившись на скоростном лифте, она нос к носу столкнулась с водителем.
Поздоровавшись с ним, Лана попросила его подождать в машине и не подниматься, чтобы не разбудить детей, и они вместе вышли из подъезда. Пожелав шоферу счастливой дороги, она попросила, чтобы тот не превышал скорость и был осторожен, а сама трусцой с Басей побежала в парк. Терпение у собаки почти закончилось, и она нещадно тянула хозяйку вперед.
Едва забежав в парк, Бася сразу устроилась в ближайших кустах. К удивлению Ланы, сделав свои дела, собака не повернула в сторону дома, как обычно, а устремилась в глубь парка.
Совершать длительную прогулку Лане не хотелось, но что поделаешь, собаке нужно больше двигаться. Ветеринар сказала, что, как и у большинства французских бульдогов, у Старбакс, дома именуемой Басей, есть признаки ожирения, а это очень опасно для собачьего здоровья.
Неожиданно Бася рванула в сторону и замерла, уставившись в одну точку. Лана присмотрелась. Со своими минус пять даже в очках она не могла разобрать, что привлекло внимание собаки. Казалось, на скамейке кто-то сидит. Или что-то стоит или лежит. Понять было невозможно. Было в этой картине что-то неестественное.
Собака вновь потянула вперед. Лана оглянулась вокруг. Обычно это место абсолютно безопасное. Парк находился в центре города, прямо напротив Альте Опера с одной стороны и Главным управлением криминальной полиции с другой. Здесь всегда, даже в этот час, много любителей утренних пробежек и собачников.
Из-за близости к Управлению криминальной полиции, в Германии именуемой «КРИПО», возле парка всегда дежурила патрульная машина. Но сейчас не было ни любителей утренних пробежек, ни собачников, даже для них было слишком рано. На удивление Лана не увидела и полицейской машины. Стало жутко.
Бася продолжала тянуть и поскуливать, и непроизвольно Лана сделала несколько шагов вперед. Сделала и замерла как вкопанная. Теперь она отчетливо смогла разглядеть предмет на скамейке. Разум отказывался верить в увиденное. Страх иглами впился в мозг, причиняя почти физическую боль. Лане показалось, что на нее упала бетонная плита и буквально раздавила, обездвижила ее. Слух обострился до предела, и возникло ощущение, что сердце стучит, как молот о наковальню, и этот звук разносится по всему парку. Страх, черный, липкий и противный, как болотная жижа, облепил все тело, проник в каждую клеточку и заставил содрогнуться от омерзения.
Может, это какой-то прикол, чтобы попугать случайных прохожих, которые забрели в эту часть парка? Глупый розыгрыш? Кто-то сидит в кустах, снимает реакцию людей на телефон для ролика в Tik-Tok и посмеивается про себя? Сейчас он выскочит и радостно крикнет: «Ну что, поверили?» Но никто не выскочил и не закричал.
Лана поняла: то, что она видит, – реально. Во рту стало сухо и кисло, кожа покрылась мурашками, а тело забила мелкая дрожь. Казалось, волосы на голове встали дыбом. Она попыталась закричать, но крик застрял в горле, вместо этого получились только хриплые звуки.
На скамейке сидела абсолютно голая девушка. Голова отсутствовала, вся грудь была залита кровью. На земле под скамейкой расплылось огромное багровое пятно.
То, что это девушка, было понятно по высокой и красивой груди, какая бывает только у очень молодых девушек не старше двадцати пяти лет. Живот, напротив, выглядел ужасно – дряблый и висячий, перечеркнутый огромным поперечным шрамом. Складывалось впечатление, что это две половины от разных тел. Кто-то разрезал тела пополам, а потом из двух сшил одно. И еще отрезал жертве голову.
Воображение начало рисовать ужасающие картины, от которых в глазах потемнело; бой молота о наковальню, который до сих пор стоял в ушах, сменился зловещей тишиной, а ноги подкосились.
Лана осела на землю. Ее глаза оказались на одном уровне с коленями девушки. Ноги были длинные и стройные, это было видно, хотя мертвая сидела, точно прилежная ученица, на коленях сложив руки, сплошь покрытые мелкими замысловатыми татуировками, больше похожими на детские рисунки. Пальцы были изуродованы, как если бы кто-то пытался их отрезать, но не смог. На них дорогие кольца. Часы на запястье тоже от известного бренда. То, что все украшения на девушке не подделка, сомнений не вызывало.
Лана сама носила точно такие же и хорошо в этом разбиралась.
Рядом под скамейкой лежала люксовая сумка. Выйдя