им насквозь. Голубые глаза в обрамлении чёрных, густых ресниц, сверкнули, как драгоценные камни.
Посуда на подносе начала звенеть оттого, как меня затрясло.
– Твои духи пахнут вкуснее, чем суп, – оскалившись, произнёс Булат. – Тебя не учили, что нельзя подкрадываться к спящим мужикам?
– Меня прислал дедушка, – стараясь, чтобы голос не дрожал, начала оправдываться я. – Мне нужно сменить вашу повязку. А ещё я завтрак принесла.
– Зинур? – недовольно протянул мужчина. – А я уж было подумал, что ты по своей инициативе пришла, чтобы отблагодарить своего спасителя. Даже спасибо вчера не сказала.
– Спасибо! – отчеканила я.
Булат с минуту лениво, будто сытый кот, рассматривал меня, потом тяжело вздохнул и нехотя поднялся. Пружинисто сел, придерживая одеяло на животе, и я догадалась, что он полностью голый. Мышцы на его теле напряглись, став ещё более рельефными, и я смущённо переступила с ноги на ногу.
Зря я не постучалась. Если бы Булат оделся, было бы всё по-другому. Сказать ему, чтобы оделся? Выйти и подождать?
Если дедушка узнает, что я была в комнате с обнажённым мужчиной, это мне не поздоровится, а Булату ничего не будет. Он же гость?
Какая же я дура! Господи, что делать-то теперь?
– Оставь, – кивнул мужчина на стол. – Я поем позже.
Под его пристальным взглядом я поставила поднос, окончательно растерявшись.
– Бинтуй, раз пришла, – почувствовав моё замешательство, хмыкнул Булат. – Сестра милосердия.
Я взяла с подноса бинт и подошла к мужчине. Он спустил ноги на пол и подвинулся, уступая мне место рядом с собой на кровати. Присаживаться с ним рядом я не рискнула. К тому же он был достаточно высоким, мне даже не пришлось наклоняться, чтобы касаться его предплечья.
Пока я разматывала бинт с застарелыми пятнами крови, он взгляд с меня не сводил, заставляя нервничать ещё сильнее.
– Данияр Сулейманович сказал, что ты учишься в школе, что ты ещё несовершеннолетняя. Это правда, Земфира?
Они меня обсуждали? По какому поводу, интересно?
Я чувствовала запах разгорячённой кожи Булата, и это вызывало странный трепет во мне. Факт, что на нём лишь одеяло, смущал меня похлеще его любопытного взгляда. Я чувствовала, что у меня не только щёки полыхают, но и уши.
– Правда, – тихо ответила я.
– Поехали со мной в город, красивая? – неожиданно предложил он.
– Зачем? – искренне удивилась я.
– А что тебе здесь делать, в этой дыре? Давай я тебя с собой заберу? Буду баловать, на руках носить. Ты никогда ни в чём не будешь знать нужды. У тебя будет всё самое лучшее, самое дорогое.
Можно было подумать, что Булат хочет на мне жениться, но ничего такого он мне не предлагал. В его речах было больше разврата, чем у самого шайтана.
– Мне нужно сначала школу закончить, – уклончиво ответила я, чтобы его не обидеть. – И у меня уже есть жених, – немного приукрасила для убедительности. – Мы поженимся весной.
– Да сдалась тебе школа? – Про жениха он