надо ничего рассказывать! – требовательно повторила она и добавила: – Не надо рассказывать без меня.
Женщина нервно дёрнулась, затем выключила свой мобильный, и в её руках появился привязной ремень. Попутчики переглянулись, и как только послышался щелчок за их спинами, Денис громко выдохнул:
– Это ей не надо. А мне надо!
На несколько секунд уголки рта Михаила сжались, затем почти мгновенно расслабились:
– Для начала пристегните ремни. Мы собираемся взлететь. И позвольте вкусить все прелести взлёта молча. Возможно даже почувствовать себя на мгновенье ребёнком, который мечтает покорить бескрайнее небо. Ведь это один из самых приятных моментов. По крайне мере, я так думаю.
«Что-то становлюсь болтливым», – усмехнулся про себя голубоглазый физик и уже вполоборота задал традиционно:
– А вы?
– Ой, – съёжившись от страха, простонал голос по соседству. – Я лучше промолчу…
Оставляя за собой аэропорт «Чанги» самолёт ускорил свой бег по взлётной полосе. Со стороны он стал похож на огромную железную птицу, которая сделала вдох, затем наполнила свои невидимые лёгкие воздухом и взмыла ввысь. Расправив крылья, отражающие последние блики заходящего солнца, эта птица всё стремительнее и неотвратимее потянула за собой вдаль неведомые и на сто раз пересказанные истории путешественников.
Так, каждый раз, приходит новое. Неизбежно принося с собой эмоции и чувства, оно бесцеремонно вторгается в жизнь человека и становится её частью. И уже многое будет зависеть от того, какой будет встреча… с ним.
Глава 2. Хочешь, покажу Бреда Питта?
Солнечные лучи местами пробивались сквозь нависшие над международным терминалом аэропорта «Пулково» тучи. Дождь моросил уже третий день подряд. Капли падали с неба и прыгали по листьям раскрашенных осенью нарядных деревьев Санкт-Петербурга. С привычным каждому горожанину звоном они отбивали барабанную дробь по крышам. Это был типичный дождливый хмурый день. Всё выглядело прозаичным: те же самолёты, те же кабинки паспортного контроля, даже кассы те же. Всё, как всегда – обычная суета сует. Пусть и с другими пассажирами, паспортами, билетами и посадочными талонами. Рождённое утром беспокойство наполняло хлопотами весь день и торопливо перетекало в вечер. Казалось, каждая вещь в этом месте имела свою собственную, закономерную и повторяемую жизнь. Но Таисья уже никогда не забудет этот день. Никогда не забудет этот вечер. Потому что он положил начало изменениям в её жизни.
– Таисья! Таисья! – окликнула Женя коллегу по работе.
Стоявшая у окна красивая светловолосая женщина в синем форменном костюме обернулась. На лице её было будто написано, что меньше всего на свете ей хотелось, чтобы её прервали сейчас – когда она любуется самолётами.
– Представляешь, он просил меня вернуться! – русоволосая девушка подбежала к ней и затараторила: – Всё, как ты сказала. Как тогда, помнишь? И что мне делать дальше? Что делать?
Таисья недовольно вздохнула. С трудом вернувшись к такому земному