мое более свежее, – заносчиво напомнил Риндаль.
– Если только не поддельное, – Блайвор улыбнулся одними губами. – А коль тебе было так важно занять именно королевские покои – следовало поторопиться с приездом. Спокойной ночи, братец.
Вика едва сдержалась, чтобы не улыбнуться – последние слова прозвучали в точности как «аудиенция окончена». Риндаль это тоже услышал. Но лишь скрипнул зубами, не найдясь, что ответить.
– Доброй ночи, леди, – пожелал он Вике и удалился.
Его шаги прозвучали по коридору, а затем по лестнице, мимо второго этажа – дальше вниз. Блайвор при этом почему-то усмехнулся.
– Так что же мне с тобой делать? – обратился он к девушке.
– Я правда ее видела, – повторила Вика, напряженно глядя ему в глаза. – Я не сумасшедшая.
– Хорошо, я пришлю кого-нибудь из слуг, – решил Блайвор, поднялся и вышел.
Меньше чем через минуту явился мужчина – тот самый, что впустил ее в замок в первую ночь.
– Спите, миледи, – сказал он, садясь в кресло. – Я не сомкну глаз, не сомневайтесь.
Вика ему верила, только после такой встряски сна не было ни в одном глазу. И в тишине лежать не хотелось.
– Как тебя зовут? – спросила она.
– Клафт, миледи. Погасить лампу?
– Нет! – поспешно запретила Вика. В темноте она боялась остаться даже с ним. – Давно ты служишь у Блайвора? – поинтересовалась, чтобы продолжить разговор.
– Почти пять лет, миледи.
– А раньше служил у кого-то другого?
Она хотела спросить, почему сменил хозяина, но Клафт ответил:
– Нет. Раньше я был скорняком. Но за долги меня продали в рабство. Милорд купил меня на невольничьем рынке в Во́рготе.
За долги в рабство?! В груди похолодело. У них тут рабовладельчество… Вике сразу вспомнился хозяйский взгляд синих глаз. А что если Блайвор возьмет и выставит ей счет за «постой»? Платить-то ей нечем. Конечно, для претендента на трон это мелко. Но кто знает, на что способен разозленный отказом мужчина – особенно мужчина при власти.
Вошел слуга с кружкой в руках.
– Милорд Блайвор велел приготовить для вас.
Вика не стала спорить и быстро выпила травяной чай. Откинулась обратно на подушки. Собиралась, как только второй слуга ушел, расспросить Клафта, много ли он задолжал, что оказался в рабстве. Но вдруг поняла, что язык не ворочается, а сознание уплывает. Видимо, в чае было снотворное. Все-таки Блайвор поступил по-своему.
***
Проснулась Вика поздно – солнце стояло уже высоко. Лампа на тумбочке не горела, но Клафт по-прежнему бодрствовал в кресле.
– Ты так и не спал? – сочувственно спросила она.
– Да. Милорд же велел охранять вас.
– А если бы ты задремал – что бы он сделал? – поинтересовалась Вика.
Мужчина на мгновение задумался:
– Не знаю, миледи. Мне никогда не приходило в голову ослушаться.
– Но человек же может отключиться случайно – просто от усталости, – не унималась она, уж очень хотелось выяснить,