невероятного насилия.
Впервые за пять лет охотничьего опыта они видели, что внутренние стены подземелья рухнули и взорвались таким ужасным образом.
Другой охотник, оглядываясь внутри, согласился с девушкой:
– Как это называют? Внутренним зверем? Или чем-то вроде того?
Однако Чха Хэин отрицательно покачала головой.
Все это сделал не охотник Сон.
Она могла сказать это с полной уверенностью, поскольку несколько раз наблюдала за его боем вблизи. Чину, которого она знала, был охотником, умеющим расправляться с врагами более аккуратно, чем кто бы то ни было.
Искусство.
Когда она впервые стала свидетельницей его боя, красота плавной смены техник загипнотизировала ее.
В таком случае…
«Кто из призванных существ охотника Сона способен на подобное?..»
У Чха Хэин на мгновение побежали мурашки, когда она вспомнила муравья-монстра, который ревел, широко раскрыв пасть.
Этот монстр – вершина свирепости!
Чину сказал, что с его призванным существом произошла какая-то перемена.
Как же изменился муравей-монстр?
Чтобы ответить на этот вопрос, Чха Хэин оставила товарищей дальше удивляться следам Бера по всему подземелью, а сама выскочила наружу.
Однако Чину, который только что вышел из Врат, уже нигде не было видно.
– И почему он такой быстрый… – проворчала Чха Хэин, оглядываясь вокруг.
Ей так много хотелось спросить.
«Будет еще возможность».
Она вздохнула так тихо, что это не потревожило бы даже сидящую перед ней бабочку, слабо улыбнулась и медленно ушла.
Чина, стараясь не издавать ни звука, тихонько, как кошка, подошла к мывшей посуду матери.
Стук, стук.
Она не услышала звука шагов, а может, просто решила сделать вид, что не замечает их, и не обращала внимания на все приближавшуюся дочь.
А затем в конце концов…
Чина подошла так близко, что можно было услышать ее дыхание, и заключила мать в объятия.
– Мама!
Но та ответила мягким голосом без каких-либо признаков удивления:
– Доченька, тебе скучно?
– Угу, скучно. Братик не приходит, и ты со мной не болтаешь.
Когда мама спала в больнице, Чину ее заменял.
Он изо всех сил старался выполнять всю работу по дому, не говоря уже о зарабатывании денег, чтобы Чина могла сосредоточиться на учебе.
Чину был для сестры братом, родителем и другом.
Поэтому она в последнее время часто скучала по старшему брату, который был настолько занят, что с ним трудно было даже увидеться.
Теперь не было ни одного корейца, который не знал бы лица и имени ее брата, но какой в этом толк, если она сама не могла его видеть?
Чина пыталась заполнить пустоту из-за отсутствия Чину утешениями матери.
– И все же как хорошо, что у меня есть мама!
Чина уткнулась лицом в спину матери и счастливо улыбнулась.
Хотя женщина не могла видеть, что происходит у нее за