полагало, что в Саргассово море были направлены атомные подводные лодки. Позднее стало известно, что одну атомную лодку все-таки планировали послать на Кубу, но выявилась какая-то неисправность, и поход атомной лодки отставили. А лукавые царедворцы не стали передокладывать Хрущеву, какие именно лодки ушли на Кубу. Сделали акцент, что подводные лодки отправились с атомным оружием. Так оно и засело в мозгах – “атомные… лодки”».
Слава богу, что у капитана 1-го ранга Агафонова и его командиров хватило выдержки и государственного ума, чтобы не стрелять по американским кораблям, не ввергать мир в ядерный апокалипсис. И главнокомандующий Военно-морским флотом СССР Сергей Горшков, перечеркнув проект разгромного приказа, начертал: «В тех условиях обстановки командирам ПЛ было виднее, как действовать, поэтому командиров не наказывать». Кто-кто, а уж он-то знал, что и после принудительного всплытия, оторвавшись от конвоя, подводные лодки до последнего дня кризиса продолжали таить угрозу для американского флота.
И все-таки маршал Гречко остался недоволен действиями полярнинских подводников.
– Я бы на их месте, – мрачно заявил он в кругу коллег, – вообще не всплывал.
Все было так, как в дурашливой армейской песенке:
Наутро вызывают
В особенный отдел:
«Что же ты, подлюка,
В танке не сгорел?!»
Из воспоминаний командира бригады капитана 1-го ранга Виталия Наумовича Агафонова:
«А потом приехал Фидель Кастро. У вождя кубинской революции было другое мнение о роли советских подводников в Карибском кризисе, и он попросил представить ему героев Саргассова моря. Ему и представили… В общем строю на североморском рейде стояли и все четыре лодки 69-й бригады. После официальной церемонии Б-36 и еще одну дизельную ракетную подводную лодку 629-го проекта, не ходившую под Кубу, поставили у причала. Длинный и высокий корпус ракетоносца загораживал тощую “букашку”. Напрасно капитан 2-го ранга Дубивко, ближе всех прорвавшийся к Кубе, ждал на мостике высокого гостя. Его отвели на ракетоносец.
Для меня так и осталось загадкой, почему Фидель не посетил Б-36. Видимо, наше руководство решило, что подводный ракетоносец произведет на него большее впечатление своими размерами, а главное – наличием на борту мощных баллистических ракет».
Скорее всего, так оно и было.
Итак, «командиров подводных лодок не наказывать». Есть такая грустная шутка: лучшая награда на флоте – «не наказывать». Не наказали. Но и не наградили. Не наградили за мужество, за стойкость, за хладнокровие, за сообразительность, за готовность выполнить любое приказание из Москвы… Нарушили скрытность? Так не по своей вине.
Вот точная оценка того, что случилось.
Из доклада начальника штаба бригады вице-адмирала В. Архипова:
«Обнаружение наших подводных лодок стало возможным только при таком массированном использовании противолодочных сил США, которое можно поддерживать лишь кратковременно. Это признают и в самих США. Об этом же говорит и тот факт, что подлодки Б-36