Первой нарушила тишину Елена:
– За двенадцать дней!
– А если подумать?
Маша снова увидела стеклянный сад, волшебный сад своих видений, а посреди него – тенистый, сонный пруд, покрытый кувшинками. Если каждый день кувшинок в пруду становится вдвое больше, и если за двадцать четыре дня они покрыли пруд целиком, значит, накануне они покрывали половину…
– За двадцать три дня! – сказала она тихо.
– Почему за двадцать три? – спросила Елена – и тут у нее в глазах проступило понимание. – Да, действительно, двадцать три… Тогда за последний день они покроют весь пруд.
– Что за… – начала было Милена, но Василий Андреевич ее резко перебил:
– Ну, и еще одна задачка. Скажите, какое слово здесь лишнее: арфа, огурец, табурет и баобаб.
– Арфа! – снова первой выпалила Карина.
– Почему? – осведомился Василий Андреевич.
– Потому что она – музыкальный инструмент.
– А по-моему, лишний здесь огурец, – возразила Маша. – Все остальные слова начинаются и кончаются на одну и ту же букву.
На этот раз ей даже не пришлось прибегать к своим видениям – ответ всплыл у нее в голове сам собой. Вот просто стало всё ясно. Да и не такая уж сложная эта загадка.
– Хорошо. – Василий Андреевич что-то записал и поднялся со своего места. – Сейчас мы пройдем в другую комнату. Эльвира, проводите наших гостей.
– Ну, ты даешь, – шепнула Милена. – На ходу подмётки рвешь! Где ты этому научилась?
Эльвира переглянулась с шефом, подошла к очередной двери, на этот раз ей понадобился ключ. Она открыла дверь, и все прошли в следующую комнату.
Эта комната была гораздо больше предыдущих и не была на них похожа. Вместо обычной офисной мебели в ней были странные бесформенные предметы из полупрозрачного стекла, что-то вроде стеклянных кустов или, скорее, кораллов, обросших прозрачными отростками. Среди этих стеклянных кораллов были расставлены несколько стульев, посредине комнаты на небольшом столике находился какой-то электронный пульт.
И снова Маша вспомнила стеклянный сад своих видений, на этот раз с куда большим основанием.
– Садитесь! – приказал Василий Андреевич.
Женщины расселись. Эльвира встала в угол комнаты, Василий Андреевич занял место перед пультом. Убедившись, что все заняли места, он нажал несколько кнопок. Тут же стеклянные кораллы засветились странным голубым сиянием. Это сияние становилось всё сильнее и сильнее, затем оно начало пульсировать.
Голова у Маши закружилась, ей показалось, что ее тело стало невесомым. Кажется, еще немного – и она взлетит… Или растворится в пульсирующем свечении… А потом у нее возникло странное чувство, будто в этой пульсации скрыт некий тайный смысл, будто с ней говорит кто-то давно знакомый, но забытый… Кто-то, кого она давно знает и кому она безоговорочно доверяет… Будто этот давний знакомый что-то сообщает ей, что-то очень важное…
Вдруг пульсация света прекратилась, а потом стеклянные кораллы погасли. Женщины переглядывались, они выглядели