нас был уговор ставить меня в известность, как только ты проснешься.
– В этом не было необходимости, к тому же ты только уснул… – я замолкла, увидев на его лице непреклонность, и почувствовала себя провинившимся ребенком.
– Не важно. Все в порядке. Я подумаю, как можно это решить.
– Авиям… Я знаю, что мне не безопасно сейчас на Земле, но Борис… он ведь может вернуться к привычной жизни? Я не хочу, чтобы из-за меня он впадал в депрессию.
– Лора, его поведение никак не связано с этим.
– Нет? Что тогда случилось?
Авиям поджал губы. Он явно что-то знает, но не хочет говорить. Мужчина кинул взгляд на Бориса, тот по-прежнему храпел, но уже не так громко. Я поднялась с дивана. Подойдя к креслу, я уселась на подлокотник и обхватила Авияма за руку. Может, подобная близость расположит его довериться мне.
– Пожалуйста, скажи мне.
– Я уже говорил, ему нужно отвлечься. Как только мы приедем…
– Я помню. Это все-таки из-за меня, да? Поэтому ты не говоришь?
Авиям крепко сжал мои ладони и опустил голову.
– Борис очень винит себя. За то, что не смог за тебя постоять.
От возмущения я открыла рот.
– Я пытался с ним поговорить. Но чем я могу ему помочь, если и сам думаю так же! – в черных глазах загорелся безжалостный огонек.
– Это все из-за меня. Мне приснился кошмар, и я такого ему наговорила!
Все сходится. Борис сам не свой после того, как я сказала, что будь он на моей стороне, он не позволил бы дружкам Шарка избить себя в том злополучном жарком отсеке и увести меня. Я так жалею об этом!
– Я должна извиниться перед ним, не понимаю, что на меня тогда нашло.
– Ты уже это сделала. Если твои слова никак не подействуют, я найду, как повлиять на него.
Весь разговор Авиям испепелял мои глаза едва скрываемой страстью, и, сама того не осознавая, я подалась вперед. Вот уже его сильные руки крепко сжимают мои ладони на своей широкой груди. Я как завороженная смотрела в его глаза, понимая, что вот-вот утону в них.
– Грейс уже говорила тебе, что для нас значит этот жест.
В моей голове пронеслись воспоминания с вечера закрытия конгресса в Париже. Да, Грейс рассказывала про свадебные церемонии, а перед этим я подтвердила, что влюблена в Авияма. Он и это слышал?!
– От себя я хочу добавить, – Авиям еще нежнее, еще интенсивнее принялся наглаживать мои руки, – этот жест дословно говорит: «Ты – часть меня, моя душа, и отныне это неизменно». Я чувствую это к тебе.
– Но этого недостаточно, чтобы «сочетаться браком» со мной?
Мои слова застали Авияма врасплох.
– Этого более, чем достаточно. Но Лора, речь ведь идет не только обо мне.
– То есть ты бы… мог?
– Я всегда знаю, чего хочу и никогда не сомневаюсь в своем решении. И да, я, конечно же, хочу сочесться с тобой браком. Но мне нужно, чтобы ты ответила взаимностью моим чувствам, а не купилась на манипуляции моего отца.
– Если ты, и правда, думаешь, как лучше для меня, ты должен согласиться.
– Лора, нет.
– То