ладонях глубокие вмятины от ногтей. Никого не интересовала моя боль, только моё решение, которое я не спешила давать. Поэтому я так и простояла около часа, пока боль в мышцах не дала о себе знать.
Смогу ли я прожить бессмертную жизнь в надежде пережить горечь утраты своей смертной жизни? Или не рисковать и уйти в цикл жизни?
Рухнув на угловой парапет у фонтана, я нервно провела руками по лицу, пытаясь собрать себя в кучку и сложить мысли в один ритм. Нервов не хватало, чтобы сидеть на одном месте, от чего я подскочила и стала расхаживать из стороны в сторону, пока Нара с любопытством наблюдала за мной. Взвешивая в своей голове все «за» и «против», я в очередной раз прерывала себя, считая всё абсурдом.
– Как хорошо, что я не на твоём месте, – шутя говорила девушка. – Думаю, я не смогла бы сделать выбор.
– Такое невозможно быстро решить, – я снова села у фонтана. – Это почти невозможно.
– Не стоит сомневаться в своём решении, – девушка подсела рядом со мной. – Каждый из вариантов правильный. Тебе нужно выбрать тот, который сама хочешь испытать. Вселенная тебе сделала одолжение, так воспользуйся этим.
– Ты это называешь одолжением?
– А разве нет? – она странно посмотрела на меня, словно что-то знала обо мне.
– Сложно назвать это взяткой за то, как я прожила эту жизнь.
– По крайней мере, у тебя спросили мнение, – девушка откинулась назад, держась за край парапета. – Меня бы это польстило.
Я посмотрела на девушку взглядом полного удивления и смятения от услышанного, но она была подобна лучику света, который ярко светил и одаривал теплом. Нара пыталась помочь мне, но мои слёзы её раздражали, чего она не скрывала.
Холодный ветер нежно задул, поднимая мою мантию вверх, вместе с ней и мои слёзы. Воздух был влажным, отчего можно было предположить, что где-то неподалёку идёт дождь. Очередной страх сковывал меня, и только в моих силах было поддаться ему или же пойти наперекор всему, лишь бы показать свои принципы – что мне не страшно. Вот только сейчас я понимаю, что это рассуждение ничтожно по сравнению со всем тем, что сейчас происходит. Но итог один – никто не оставит меня в покое, пока не решится моя дальнейшая судьба.
Большой кабинет с дорогим убранством терялся на фоне демоницы, стоявшей напротив камина и крутившей в руках часы на цепочке. Она снова и снова смотрела на время, а затем, закрыв крышку, начала крутить их за цепочку, наматывая на палец. Её идеальный образ строгой демоницы не смягчал свет от камина, перед которым она стояла не первый час.
За окном уже была ночь, и слышались раскаты грома, которые проходили мимо Академии. Сильный ветер задувал в её кабинет, пытаясь сорвать со стола бумаги. Элария, уставшая, размяла плечи и посмотрела в окно, словно там могла найти ответы на письмо, которое ей пришло. Чёрный конверт небрежно лежал на краю стола с красной печатью, поблёскивавшей золотом, на который она снова посмотрела.
– Значит, ты решила, что они, спустя столько лет, прислушаются