Котаро Исака

Поезд убийц: комплект из 4 книг


Скачать книгу

сказали, что он может выйти на улицу и убить десятерых белых, он выбросил бы свой саксофон, и ему больше никогда не пришлось бы заниматься музыкой». – Цикада так быстро выпаливает слова, что в воздух летят брызги слюны. – Это из фильма Годара[6].

      – О чем ты вообще говоришь?

      – На самом деле Чарли Паркер ничего не мог поделать со своим желанием убивать белых людей, так что он играл на саксофоне, чтобы с собой справиться. Но в наши дни, знаешь ли, есть куча людей, у которых нет саксофонов.

      – Что ты хочешь этим сказать?

      – Жизнь – ужасная штука, вот я хочу сказать. И нам не рассказывают об этом в школе.

      – Ты ведь не причинишь вреда женщине?! – Выражение ее лица не отражает того, что происходит в ее голове, но то, как она это выкрикивает, звучит почти как вызов.

      – Я профессионал, – Цикада выплевывает слова, в очередной раз посылая ненамеренный плевок в ее направлении. – Ты же никогда не услышишь от хирурга, что он не оперирует мужчин. Проститутка обслуживает любого клиента, вне зависимости от того, насколько он уродлив. Так что я тоже не занимаюсь дискриминацией.

      Она хочет что-то прокричать, но не успевает сформулировать слова. В то самое мгновение, как ее рот открывается, правая рука Цикады приходит в движение. Он ударяет ее ножом.

      Острие вонзается ей в живот чуть выше и правее пупка. Он надавливает, и лезвие уходит глубже. Разрезает мышцы, пронзает капилляры и нервы. Он давит сильнее, углубляя рану, останавливаясь лишь тогда, когда нож достигает ее печени.

      Женщина стонет, изо рта у нее с бульканьем вытекает слюна.

      Когда нож выходит из раны, вслед за ним из перерезанных вен толчками выливается кровь.

      Не теряя ни мгновения, Цикада бьет снова, целясь несколькими сантиметрами ниже левой груди.

      Нож уходит вглубь, разрезая прослойку подкожного жира, продираясь между ребрами, ища острием ее сердце.

      Ее глаза широко распахнуты. Она со свистом выдыхает, как будто из ее легких выходит весь воздух.

      Нож вновь выскальзывает из ее тела. Она оседает на пол, кровь отливает от ее лица.

      Цикада наблюдает за конвульсиями женщины. Он подходит ближе, стараясь не наступить в лужу крови. Затем садится на корточки, словно рассматривая раздавленное насекомое. Проверяет пальцем ее запястье. Удостоверившись в том, что у нее нет пульса, берет спортивную сумку, которую принес с собой, и переодевается. Неброские футболка и джинсы массового производства – из тех, что можно встретить повсюду.

      На его телефоне раздается входящий вызов. Как он и предполагал, это Иваниси. «Ты там в порядке? Уже разобрался?» Ему за сорок, а разговаривает таким тоном, который больше подошел бы антисоциальному старшекласснику.

      – Только закончил, – отвечает Цикада.

      – Тогда выбирайся оттуда. Завтра зайдешь и заберешь свои деньги.

      – Понял тебя. Достал ты меня уже.

      – Джек Криспин тоже так говорил: «Сделай свое дело и беги».

      – Если б