кивнул инспектор. – Разные эпохи, разные авторы, разные жанры: от пьес и эссе, до романов и кулинарных рецептов. Что и есть общего, так это то, что все авторы – французы. Да еще экслибрис на форзаце. Но, похоже, здесь у всех книг точно такой же.
Лелуш выудил из полки первый попавшийся томик, раскрыл, сунул под нос Фульку:
– Ну, что я говорил.
Действительно, экслибрис тот же самый: земной шар, точно детский мячик, покоящийся на трёх толстенных фолиантах. На корешках книжуленций информация о владельце – по слову на каждый том: Франсуа Марсель Робер.
Франсуа Робер. Всё сходится. Именно так звали хозяина этой похожей на библиотеку квартиры. Хотя почему звали? Чтобы делать такие далеко идущие выводы, для начала следует дождаться данных экспертизы. Ведь могут быть и варианты. Фульк на своем веку всякого-разного насмотрелся.
– И всё-таки интересно, – проворчал Лелуш, почесывая похожую на тонзуру проплешину, – что означает сия шарада? Может быть, все эти книги вытащили случайно?
– Поверь мне, – с умным видом промолвил Фульк, – если когда-нибудь тебе на голову упадет черепаха, то это будет далеко не случайно.
– Почему? – захлопал глазами Лелуш.
Эксперт улыбнулся, продолжил:
– Это будет значить, что парящий в небе орёл, принял твою лысую макушку за гладкий булыжник. Вот он и уронит на тебя рептилию, чтобы разбить твёрдый панцирь и полакомиться черепашатинкой.
– Это ты к чему? – насупился инспектор. Он не любил, когда кто-нибудь подтрунивал над его пролысиной.
– А к тому, – усмехнулся толстопузый Фульк, – что случайностей в этом мире не бывает в принципе. Это ещё Демокрит заметил. У всего есть своя причина.
– Ишь, грамотей выискался, – проворчал уязвленный полицейский. – Я тоже, между прочим, книжки почитываю.
– Ага, комиксы про Блэксэда.
– Ладно-ладно, – примирительно буркнул Лелуш. – Но раз уж ты у нас такой умный и считаешь, что у всего на свете есть причина, ответь: какова причина того, что все эти книги так странно стоят?
– Главное, – сказал Фульк, – понять, что их объединяет.
– Ну, это мы уже выяснили. Все они написаны французами. Про экслибрис, я думаю, вспоминать не имеет смысла.
– Нет, – пробормотал эксперт, – здесь явно что-то иное. Мне кажется, тут скрыт какой-то шифр. Некий код.
– Ага, – хохотнул Лелуш, – код да Винчи.
– А почему бы и нет, – не обратил внимания на глумливый тон коллеги Фульк. Он достал блокнот, записал имена авторов и названия их книг в один столбец.
Оноре де Бальзак, «Отец Горио»
Жорж Оне, «Горнозаводчик»
Оноре д’Юрфе, «Астрея»
Стендаль, «Красное и чёрное»
Эжен Сю, «Агасфер»
Огюст Эскофье, «Кулинарный путеводитель»
Тома Насержак, «Эстетика детективного жанра»
Гюстав Эмар, «Золотая Кастилия»
Эдмон Ростан, «Сирано де Бержерак»
Александр Дюма-отец,