потянулась и бросила довольный взгляд на свое отражение.
Она себе нравилась. Круглое бледное лицо, на щеках от улыбки появляются ямочки, узкий ровный нос, без всяких горбинок и вздернутостей, разлет густых бровей. Невысокий лоб, прикрытый кудрявой челкой. И огненно-рыжие волосы. Хотя ей больше нравилось считать, что волосы у нее медные. Есть в этом что-то благородное.
Рыжий – цвет плебеев, а у нее все по-взрослому. Расстраивали только бесцветные ресницы, за которыми и терялись зеленые глаза, и веснушки, щедро покрывающие нос и щеки по весне – неистребимые приветы первому солнцу.
Ну и конечно, имя. Оно ей и не шло совсем. Ми-ла. Да еще стишок этот дурацкий:
Утром маме наша Мила
Две конфетки подарила.
Подарить едва успела,
Тут же их сама и съела.
Вспомнить бы, чей он… А идиотское обращение Милочка? И как с таким именем жить?
Впрочем, бывали моменты, когда она мирилась и с именем, и с веснушками. Например, сейчас, когда ей было хорошо. По крови еще бродили токи вдохновения, в ушах стоял топот копыт, лицо зарделось, словно это она только что на бешеной скорости уходила от погони, именно ей в глаза било закатное солнце.
Мила вздохнула и отодвинула тетрадку.
Поваляться, что ли? До школы еще целый час.
Она села на кровать и уже представила, как голова ее сейчас утонет в мягкой подушке, как вдруг раздался телефонный звонок.
– Милую Милу подруга будила, – пропел в трубке противный голос Верки Лисичкиной. – Встала?
– Ты чего орешь? – накинулась на нее Мила. – Ночь на дворе!
– Сама собиралась идти на тренировку. Громче всех требовала, чтобы сделали ее нулевым уроком, – удивилась Лисичкина. – Ты чего, заспала это событие?
Черт, тренировка! Точно! Вот почему она поставила будильник на час раньше! Надо было успеть проснуться, все записать, а потом еще и на сорок пять минут раньше в школу прийти.
Сдалась ей эта тренировка! Она уже и не помнит, зачем так настаивала, чтобы все пришли в такую рань.
– Ну? – буркнула Мила в трубку, оглядывая комнату. Где лежит форма, она не помнила.
– Тетрадку мою по алгебре возьми, – напомнила Верка. – А то опять забудешь.
– Возьму, – заверила ее Мила и повесила трубку. Про тетрадку она тут же забыла.
Хорошего настроения как не бывало. Порывы ветра, топот копыт, бешено колотящееся сердце – все это осталось в прошлом.
Мила посидела на кровати, мысленно собирая аргументы, почему ей на тренировку идти стоит. Во-первых, там будет народ, во-вторых, можно будет потом всем рассказывать, что была на нулевом уроке – до этого никто на нулевой урок не приходил. Что еще? Еще, еще… Точно! Еще у Гальки Чуйкиной можно будет забрать диск с фильмом. Чуя его принесет для Петьки Вербилина. Можно попробовать его перехватить раньше Петьки. Вербилин перетопчется до следующей недели!
Ладно, Лис, уговорила, Мила пойдет на тренировку.
Кудряшова силой спихнула себя с кровати и начала одеваться. Судя