что-то чертила. – Мы с Селеной могли натворить столько бед, а он всегда находил нужные слова, чтобы вразумить нас. Дэлиграт отдавался нам без остатка. Именно поэтому, даже понимая, что меня преподнесли как подарок от Высшего Дракона моего рода, я чувствовала себя его дочерью. Неважно, как сильно мы отличалась с Селеной. Дэлиграт называл меня юркой молнией, не знающей усталости, целовал в шершавую макушку перед сном и говорил, как счастлив, что у него есть два таких прекрасных создания.
Дайсу была тронута рассказом Ады. Как оказалось, за масками Демора и Дракона скрывались совсем другие люди.
– После Бездны он стал другим. – Ее тон изменился. – Мало кто понимал, что с ним произошло. Многие считали, что это только к лучшему, ведь он стал лучшим Демором. Но только не мы. Нам был нужен прежний Дэлиграт. Он, конечно, мог все так же улыбаться и отдыхать с нами, но я чувствовала, что это лишь маска. Демор делал то, что хотели мы, и просто играл. Тогда я решила ему помочь. Дэлиграту больше не нужны были дочери. В Селене он видел мага, что заменит его в Высшем Круге, а во мне бойца. Сестра долго сопротивлялась, борясь с самим Демором. Я же стала той, кто ему был нужен. Подруга, соратник, внешний раздражитель, но только не дочка.
Теперь Дайсу поняла, из-за чего Ада была такая разная. Играя роли, она скрывала себя настоящую.
– Как же тяжело тебе пришлось. – Она хотела встать и обнять ее.
– Лишь изредка он ведет себя иначе. Может, из-за души, может, из-за того, что это его Последний Путь со всеми вытекающими последствиями. За многие годы пришлось забыть, что я его дочь. – Казалось, за это время она сама стала Демором.
– Я бы и за больший срок не смогла с этим справиться. Сколько вы уже вместе? Двести, триста лет? – Дракона надо было отвлечь.
– Гораздо больше.
– Но как? Он же сказал, что ему триста с чем-то лет.
– Таков его возраст, если исчислять временным течением Асмера. Но Дэлиграт провел много веков в Забвении, где один год там – минуты здесь. А кроме Забвения были и смерти, и заточения, и Чистилище, и переселение душ. Даже по слабым подсчетам ему не меньше семи тысячелетий.
Дайсу посмотрела на Дэлиграта.
– Неужели ему и правда столько лет?
– Да, я знаю. Он хорошо сохранился. И зачем бы мне тебе врать? – Ада приходила в себя.
Девушка не решалась, но все же задала вопрос, который теперь весьма сильно заинтриговал ее:
– Сколько же женщин у него было за все эти века?
Дракон сделал вид, что не слышит.
– Ада?
– Если он узнает, что я рассказала, то убьет меня. – Она рывком вытащила хвост из-под Дайсу. Та едва не упала.
– Ладно. – Попробовать стоило. Но вопрос был действительно неприличным.
Дракон знала, что Дэлиграту не понравится, если она разболтает о них, но посплетничать хотелось просто ужасно. Ведь Ада была лишена подобных женских радостей.
– Их не так-то уж и много, – шепотом начал дракон, лишний раз озираясь на Дэлиграта. – Его жена. Диана – мать Керхелла, того самого демона, что мы встретили у дерева в степях.