Собрание сочинений. Том 4. Война с Турцией и разрыв с западными державами в 1853 и 1854 годах. Бомбардирование Севастополя
едва ли, впрочем, увеличившие нашу боевую силу и наделавшие нам впоследствии много хлопот[18], а также греческих и славянских волонтеров, которые могли бы оказать нам более существенную пользу, если бы в устройстве их не вкралось некоторых недоразумений.
Кроме исчисленных войск, в распоряжении командующего 4 и 5 пехотными корпусами находилась Дунайская флотилия; она состояла из 2 батальонов, – в 1-м было 11 канонерских лодок, во 2-м полный комплект, 16 лодок, из которых каждая вооружена тремя орудиями 24 фунтового калибра. При флотилии находились пароходы «Ординарец» и «Прут» – о четырех 36 фунтовых пушках-корронадах каждый, лоц-шхуна «Рымник» и небольшая железная баржа. Кроме того, были приготовлены: пароход «Инкерман», транспортная шхуна «Ингуль» и еще одна железная баржа. Вся флотилия состояла под начальством контр-адмирала Мессера.
Если успех войны не всегда зависит от главнокомандующего и подчинен многим условиям и случайностям, то внутреннее благосостояние армии, ее дух, направление, конечно, зависят всего более от распорядительности, заботливости, благоразумных мер и сочувствия к солдату того лица, которому вверена армия. Вот почему мы должны очертить, хотя бегло, личность князя Горчакова, главного деятеля в одной из кровопролитнейших войн.
Князь Михаил Дмитриевич Горчаков принадлежит к числу тех людей, чье имя всегда будет поминаться с любовью и уважением солдатом и гражданином и, перенесется чистым и незапятнанным в историю, несмотря на все превратности судьбы, которые пришлось ему вынести. Тяжелый, тернистый путь свой он проходил честно, смело; до костей проникали ему эти тернии, но он не оставил на них ни клочка своих нравственных убеждений. Князь Горчаков не мог припомнить ни одной вполне светлой эпохи, чтобы сказать – это счастливейшее время моей жизни! Судя по его любимым, иногда даже восторженным рассказам о Сатуновской битве и переправе через Дунай, можно полагать, что это едва ли не лучшее его воспоминание. Каждый успех давался ему тяжело, с боя; да и был ли полным успехом, приходил ли он вовремя, а не тогда, когда уже терял свое обаяние. Прощаясь в Бахчисарае с одним из близких себе людей – это было после отступления из Севастополя – и, вспоминая прошедшее, он прибавил… «и сколько пережили! Целый ряд дел доблестных, много дней кровавых, но немного насчитаем мы дней радостных[19].
Князья Горчаковы принадлежат к древнейшим фамилиям в России и ведут свое происхождение от вел. князей Черниговских. Князь Петр Иванович Горчаков, ознаменовавший себя, вместе с Шеином, обороной Смоленска против поляков в 1609 г., – обороной столь же продолжительной и славной, как и Севастопольская, был предком князя Михаила Дмитриевича. Он, впрочем, не один из рода князей Горчаковых, оставивших по себе память в истории. Многие из них известны на военном и гражданском поприще; но едва ли кто отличался особенным богатством, что не может служить им в укор, если вспомним, какими средствами наживались в старину богатства.
Князь