Охранники концентрационных лагерей. Норвежские охранники «Сербских лагерей» в Северной Норвегии в 1942-1943 гг. Социологическое исследование
с самого северного лагеря – в городе Карашок. Он особенно хорошо годится в качестве исходного пункта, поскольку этот лагерь находился рядом с церковью, и поэтому имеется целый ряд свидетельских показаний об условиях содержания там заключенных. В противоположность многим другим лагерям, здесь мы довольно точно знаем, сколько югославов прибыло в лагерь, и сколько из них оставалось в живых, когда лагерь через некоторое время был закрыт.
В конце июля в Карашок поступило 374 или 375 югославов. Первоначально из Бергена было отправлено 400 заключенных, говорит в своих показаниях бывший секретарь югославской миссии в Осло, Мемейл Йесиц, который сам находился среди заключенных. Когда заключенные прибыли из Бергена в Тромсё, их спросили, нет ли среди них больных. 26 человек сказались больными, и немцы их сразу же расстреляли.
В течение первого месяца, а может и чуть дольше службу несли только немецкие охранники. Позднее, очевидно в середине августа, появилось 20 норвежцев, служивших ранее в Бейсфьорде и Бьёрнефьелле. Лагерь был закрыт во второй половине декабря того же 1942 года, а оставшиеся в живых переведены в лагерь Усен в поселке Эльсфьорд. В приговоре норвежскому охраннику номер 31[21], вынесенном окружным судом Холугаланна, сообщается, что при закрытии лагеря в живых оставалось только 104 или 105 из 375 человек, прибывших в Карашок летом того же года. «Остальные погибли из-за болезней, умерли от голода или плохого обращения, а некоторые были расстреляны», значится в приговоре. Эти данные совпадают с тем, что показали югославы. Уже упомянутый секретарь миссии сообщает, что во время транспортировки на юг их оставалось 100 человек. С другой стороны, в приговорах норвежским охранникам из лагеря Усен в поселке Эльсфьорд сообщается, что туда из лагеря Карашок прибыло 150 югославов. Достоверность этой цифры вызывает сомнения. Однако, какая бы цифра ни была истинной, ясно одно – почти две трети югославов погибли за несколько месяцев пребывания в лагере Карашок. Вполне вероятно, что погибших было и больше.
Попробуем дать описание того впечатления, которое производили на гражданское население сами югославские заключенные, и того, что происходило в «сербских лагерях». Мы будем в основном следовать копии доклада, содержащего показания тридцати трех различных свидетелей из числа гражданского населения, которые эти свидетели дали различным следователям. Данные показания создают почти однородную картину того впечатления, которое произвели лагеря на население. Что же касается интересующих нас моментов, то значительных расхождений в показаниях свидетелей не обнаруживается.
РАБОТА
С. С., возраст – 30 лет, проживающий в г. Карашок, был допрошен в конторе ленсмана 2 мая 1946 г., ознакомлен с материалами дела, осознал свою ответственность как свидетеля и дал добровольно следующие показания:
«Осенью 1942 г. я работал на дороге между городом Карашок и финской границей. На той же дороге работало несколько групп сербов. Каждая группа состояла из 15–20 человек с