Экономическая история мира. Том 2. Цивилизации Америки, Великие географические открытия и колониальное хозяйство, генезис капитализма и становление классической политэкономии, великие буржуазные революции и развитие капитализма
Мита тоже позволяла только живых индейцев рекрутировать для государственных работ. Кроме того, сокращение численности индейцев подрывало основу благосостояния колоний. Католической церкви тоже было невыгодно сокращение паствы.
В 1537 г. в своей булле папа Павел III признал индейцев «настоящими людьми» и запретил к ним относиться как к «бездушным тварям». В 1542 г. король Карл V ввел «новые законы», по которым индейцы признавались свободными вассалами короны, было запрещено обращать их в рабство; запрещалась раздача новых энкомьенд, а уже действующие должны были прекращаться после смерти владельца.
Энкомьендеры выступили против «новых законов». Когда вице-король в Перу попытался проводить их в жизнь, они разгромили его войско, а сам он был убит. В 1545 г. запрет раздачи новых энкомьенд был отменен.
И все же в результате этих действий государства и церкви, а также в результате естественных экономических процессов производственные отношения стали меняться. Рабство сменилось феодально-крепостническими порядками. Энкомьендеры превращались в землевладельцев феодального типа. Если раздача энкомьенд не означала наделение энкомьендеров землей, в отличие от репартимьендо, то теперь обе эти формы практически слились. Жившие во владениях сеньора индейцы должны были платить оброк и работать на энкомьендера за плату (фактически номинальную).
В начале XVIII в. институт энкомьендо утратил прежнее значение и был упразднен. Энкомьендеро превращались во владельцев асьенд, поместий феодального типа. «В пределах своей асьенды, – писал современник, – владелец осуществляет абсолютное господство как феодальный сеньор. Он приказывает, кричит, наказывает и даже убивает, насилует женщин» [3, с. 37].
Но в XVIII и XIX вв. и эти феодальные отношения переросли в пеонаж – экономическое закабаление индейцев. Теперь уже подавляющая часть земли переходила в ведение владельцев латифундий, а, например, в Мексике свыше 90 % населения своей земли не имело. Индейцы не разбирались в законах о собственности на землю и, пользуясь юридическими уловками, сеньоры захватывали общинные владения. Безземельные были вынуждены арендовать землю или наниматься на работу. В условиях, когда все хозяйство оказалось под контролем владельцев асьенд, и арендатор, и наемный рабочий становились неоплатными должниками – пеонами. Нищенская зарплата пеона не позволяла вернуть долг. В то же время огромная часть земли в латифундиях оставалась неиспользованной.
Таким образом, в американских колониях Испании рабство в форме энкомьенды сначала перерастало в феодально-крепостнические отношения, а затем сменилось пеонажем – кабальной формой эксплуатации, которую принято называть кабальным рабством, хоть эта форма уже базировалась на товарно-денежных отношениях.
Но даже в этих условиях у индейцев сохранились остатки общинных порядков. Оставались вожди племен – касики, которые занимали привилегированное положение, включались в состав местной администрации. Сохранялось общинное землевладение,