в Татарии и левантийцев, таких, как греки, армяне, евреи.
К ним примыкают дипломатические послания, которыми обменивались итальянские республики и Византийская империя[131], говорящие о различных разногласиях по поводу ли налогов и пошлин, или же сомнительного предоставления итальянского гражданства местным купцам, позволяющего им пользоваться льготами Генуи и Венеции.
Наконец, рассматривались официальные петиции[132], составлявшиеся на межправительственном уровне, в которых, как правило, приводился перечень имущественного ущерба, причиненного купцам, подданным жаловавшейся стороны, и излагалось прошение о возмещении такового.
2. Вслед за этим, необходимо отметить публично-правовые документы. К ним относятся постановления сената и других высших ассамблей республики Венеции[133], касавшиеся снаряжения галер Романии, назначения чиновников в заморские колонии, организации и развития торговых факторий.
Естественно, учитывались постановления властей Генуи, ее различных ведомств, в частности, «Оффиции Газарии»[134] и «Оффиции попечения Романии»[135], контролировавших генуэзскую навигацию в Черном и Азовском морях.
Ценной оказалась документация налоговых ведомств в виде регистров[136], позволяющих получить данные об объеме экспорта или импорта той или иной товарной статьи.
Полезным было обращение к документам казначейских ведомств, в особенности, к приходно-расходным книгам, или к так называемым «массариям» Перы[137] и Кафы 1374–1472 гг.[138], свидетельствующим о направлениях торговли и доходах.
Рассматривались также материалы коллегий синдиков и ревизоров[139], контролировавших финансово-административную деятельность торговых факторий, их властных инстанций.
Анализировались распоряжения протекторов Банка Сан Джорджо[140], в ведение которого перешли все дела генуэзских поселений на Черном море после падения Византии в 1453 г.
Наконец, учитывались документы муниципальных учреждений некоторых городов[141], лежавших по западно-татарскому торговому пути, в первую очередь, курии Львова.
3. Отдельную группу составили законодательные акты. Из них наибольшее значение имели статуты Кафы, начиная с сохранившегося в виде перечня рубрик статута 1290 г.[142], запрещавшего кафинским властям чеканить собственную монету.
Логическим продолжением этой ранней кодификаторской деятельности стали статьи “Ordo de Caff а” от 18 марта 1316 г. с пояснениями 22 и 26 марта и “Certus Ordo de Caffa” от 30 августа 1316 г., доведенного до 51 статьи[143]; в них отразилась торговая активность в Крыму и Приазовье, среди прочего – обязанность капитанов всех судов, шедших в северном направлении, останавливаться в кафском порту.
Следующей ступенью совершенствования законодательства в Романии стали регламентации 10 апреля 1398 г. с добавлениями от 18 апреля того же года