командировочные в плену оплачиваются?
– А я тоже хочу наручники и резиновую дубинку, – начали стебаться пленные, хотя кое-кто за пиво готов был раскрыть все секреты, даже те, о которых сам не догадывался.
Степаныч хмыкнул, продолжая искать взглядом знакомую физиономию. Нет никого, даже отдаленно похожего.
Он пододвинулся к контрразведчику и спросил:
– Слышь, ФСБ, как там тебя?
– Зови Тридцатый, – сказал с нескрываемой гордостью старший опер и счастливо прижмурился.
– Слышь, Тридцатый, а это точно те фигуранты?! Что-то уж больно они пофигистично себя ведут, и духан от них – как будто они всю ночь ханку жрали.
– Мы их от места посадки вели, а водку они действительно выпивали со всем прилежанием. Я сейчас своих запрошу; заодно доклад сделаю о том, что отработали на «пятерку». Наши на бригаду выйдут, оповестят центр боевого управления о том, что агентурная группа провалилась.
– Ну, давай, Тридцатый, выходи, связывайся! Мы пока шмотье их прошманаем и документы проверим.
Фээсбэшник показал ему образец командировочного удостоверения, обратил внимание на то, какие росписи и штампы с отметками должны в нем быть.
К огромному сожалению, ничего запретного у «диверсантов» не оказалось. В командировочных удостоверениях было написано, что все они следуют на тренировочные парашютные сборы. Печати, росписи, – все как положено.
Начали раздаваться возмущенные крики:
– Зырьте, вон тот, с бородой, у меня труселя умыкнул и рулон туалетной бумаги!
– Дятел, не дергай ничего! Это же парашют спортивный! Я на него все деньги за последнюю командировку в Чечню потратил!!!
Степаныч начинал злиться: молниеносная операция по захвату спецназовцев оказалась каким-то фарсом. Пленные веселились от всей души, обзывали его «Александром Родионовичем Бородачом» и орали, что они с ним коллеги.
– Да что за херня! – заявил Степаныч и во всю глотку выдал витиеватую матерную тираду. – Васек, все окрестности осмотрели? Эти типы ничего не выкинули?!
– Не, шеф, все чисто! Тут со стороны вокзала микроавтобус «Истана» подошел, мы его досмотрели. Парашютист, главный с авиабазы, говорит, что за спортсменами приехал, прибывшими на сборы. Документы в порядке. Да и наши его знают.
Степаныч почесал подбородок и сплюнул. Потом он отвлек от работы второго фээсбэшника и попросил его узнать: проводятся ли сборы парашютистов.
Несмотря на раннее утро, тот добыл информацию довольно быстро. Он дозвонился до оперативного дежурного по бригаде спецназа, который подтвердил, что есть такое мероприятие, и даже назвал фамилию старшего команды и количество человек. Информацию по агентурной группе он наотрез отказался давать. Мол, связь открытая, озвучивать такие данные я не стану. Это не в моей компетенции.
– Приплыли, – резюмировал Степаныч. – Где этот Тридцатый? Отсодомировать надо его стадо зеленых орков!
Старший оперативник тут же появился, недоуменно пялясь на свой мобильник,