псов и коней, охота и философия.
Как видим, Ксенофонт был убежден, что только рабство могло избавить полноправных граждан от физического труда и позволить им предаваться аристократическим занятиям, в том числе и философии.
Философия и правда возникла тогда, когда в Древней Греции утвердился рабовладельческий строй. Она предложила человеку необычный для него способ самоопределения в мире: не через привычку, традиции или авторитет вероучения, как это было принято в предшествующие эпохи, а посредством собственного разума. В отличие от религии философия учила человека не принимать все на веру. Она призывала к самостоятельному размышлению, не скованному какими-либо авторитетами. И для того чтобы у граждан появилось стремление к самостоятельному размышлению, в Древней Греции сложились необходимые благоприятные условия.
Реформы Солона и Клисфена, развитие демократической формы регулирования жизни полиса укоренили в общественном сознании греков принципы гражданской свободы и гражданского равенства. Рабовладельческая демократия предоставила свободным гражданам возможность участвовать в государственном управлении, в заседаниях народного собрания и судов, публично обсуждать различные проблемы. Утверждалось равенство всех полноправных граждан перед законом, которое, правда, вовсе не исключало их фактическое неравенство, определяемое имущественным неравенством.
Древнегреческий известный политик, полководец и знаменитый оратор Перикл (около 494–429 до н. э.), согласно Фукидиду, в своей речи над останками воинов, павших в Пелопоннесской войне, дал емкую характеристику афинской демократии, одним из основателей которой он был: «Наш государственный строй не подражает чужим учреждениям; мы сами скорее служим образцом для некоторых, чем подражаем другим. Называется этот строй демократическим, потому что он зиждется не на меньшинстве, а на большинстве их. По отношению к частным интересам законы наши предоставляют равноправие для всех; что же касается политического значения, то у нас в государственной жизни каждый им пользуется предпочтительно перед другими не в силу того, что его поддерживает та или иная политическая партия, но в зависимости от его доблести, стяжающей ему добрую славу в том или другом деле; равным образом скромность звания не служит бедняку препятствием к деятельности, если только он может оказать какую-либо услугу государству. Мы живем свободной политической жизнью в государстве и не страдаем подозрительностью во взаимных отношениях повседневной жизни… Свободные от всякого принуждения в частной жизни, мы в общественных отношениях не нарушаем законов больше всего из страха перед ними и повинуемся лицам, облеченным властью в данное время…»[11].
Гражданский характер общественной жизни, роль личностного начала нашли свое отражение в представлении о ценности человека. Для Перикла мерилом ценности человека является его доблесть и служение государству.