троих автоматы, у одного РПГ-7[12]. С гранатометом в поле работать – это, на мой взгляд, нонсенс, – заметил уже включившийся во внутреннюю связь лейтенант Югов.
– Один из них нас в бинокль рассматривает, – добавил свое слово и лейтенант Сергеев.
– Карошко! – резко дал команду капитан Радиолов. – К пулемету… Держи виноградарей под прицелом, но пока не стреляй. Просто припугни…
– Понял, командир, работаю…
В кузове заскрипела пулеметная турель.
– Трогай потихоньку, но всегда будь готов остановиться, – передал через Салмана приказ водителю капитан.
Пикап неторопливо двинулся. Люди впереди в бинокль командира группы просматривались хорошо. Они, естественно, заметили поворот ствола пулемета в свою сторону, но особого беспокойства не проявляли. Это сказывалась обычная сирийская безалаберность.
– Салман, зачем деревенским жителям в поле оружие?
– Народ везде разный. Кого-то уже грабили, кто-то боится быть ограбленным, потому что ограбили соседа. Вот и вооружились. Только это единицы. Большинство оружия в руки никогда не возьмут. У нас в Сирии народ миролюбивый, войну не слишком любят.
– А гранатомет зачем? Танковую атаку ждут?
– Что под руку попало, тем и вооружились. Попала бы простая палка, вооружились бы палкой. А вообще-то бандиты часто на «шахидмобилях»[13] гоняют. Против них автомат бесполезен. Там только гранатомет и спасет, – объяснил Салман. – У меня один знакомый есть, так он на крыше своего сельского дома зенитную установку поставил – счетверенные пулеметы, и мешками с песком обложил. Как только крыша выдерживает, хотя она и прогнулась в трех балках сразу. Бандитов рядом с деревней вертолеты разбомбили, установка осталась. Вот он сыновей вместе с соседями запряг, притащили ему и на крышу дома водрузили. Там, правда, один пулемет заедает, но три стреляют отлично. И что с ним сделаешь! Ну любит человек оружие, и все… И никто ему не запретит, потому что он никого не убивает.
Пикап между тем без происшествий проехал мимо виноградника с вооруженными людьми и сразу набрал скорость. Засадой здесь и не пахло. Машина благополучно свернула на прямую дорогу в дивизию.
– Всем в кузове! – потребовал Радиолов. – Не расслабляться. Смотреть внимательнее. Обо всем подозрительном докладывать.
– Работаем, командир… – как всегда за всех ответил старший лейтенант Ласточкин.
– Особое внимание в деревне, где была вторая засада. Мы подъезжаем… – предупредил капитан.
До деревни оставалось около двух километров. Так как пикап имел емкую подвеску, неровности дороги не особенно чувствовались. Но вдруг в кузове, за спиной капитана, заскрипела пулеметная турель, и водитель что-то сказал на арабском языке. Не успел ариф перевести:
– Турель он не смазал. Она и раньше скрипела, когда смазал – перестала. А тут вот заскрипела снова, – как к этому неприятному звуку добавился новый, хорошо знакомый Радиолову, – это был