возразил он. – Пойдем.
И принцесса, застонав, продолжила путь.
К вечеру дождь прекратился, дочиста вымытое водой дневное светило милостиво разогнало тучи. В горле у Хёльмвинда пересохло, ступни и колени горели огнем. Кто же знал, что передвигаться по-людски так мучительно? Но ветер неуклонно двигался вперед – упрямства у него было с избытком.
Изольда, напротив, все чаще отставала. И это казалось непривычным. В прошлом ей хватило сил, чтобы усердно работать у Хаар Силлиэ… Куда теперь подевались терновые чары? Впрочем, магия тьер-на-вьёр не впервой вела себя странно.
– Пять тысяч двести девяносто один, пять тысяч двести девяносто два… Есть ли край у треклятого серпантина? Пять тысяч двести девяносто три… – Верховный обогнул каемку каменного парапета, и белесая хмарь за поворотом расступилась.
Злополучная лестница все так же неслась вдаль, но в зарождающихся сумерках можно было рассмотреть сочную зелень поросших травой склонов. Неужели они дошли?
– Эй! – балансируя на краю, прокричал ветер. – Осталось несколько верст!
– Тогда проще спрыгнуть, – донеслось до него издалека. Новость отнюдь не показалась Изольде радостной.
Но когда девушка своими глазами увидела травянистые пологие взгорья, она передумала.
– Боги, близок конец нашим страданиям! Я не сомневаюсь в умозаключениях Розы Ветров, но с этой «тропинкой» она хватила лишнего.
– Удивительно, что дорога вообще существует, – промолвил Хёльмвинд. – Что за люди поклонялись ветрам?
– Те самые, что после поражения Веи Эрны соорудили ей усыпальницу? Бесстрашные упрямцы! Я бы на эту гору не полезла и за все сокровища Тьер-на-Вьёр. – Принцесса прибавила шагу, благополучно забывая о том, что уже согласилась встать на опасную тропу, – причем вовсе не ради богатств.
Стемнело. Проклятые ступеньки множились, как заколдованные, земля манила, но не приближалась. Изольде хотелось вопить от отчаяния, но ее ветряной провожатый не знал устали. И когда принцесса готова была рухнуть с обрыва, подошва сапога коснулась мягкой земляной почвы.
– Вот почему жизнь людей так коротка, – прохрипел Северный ветер, измотанно опускаясь в траву. Казалось, легкие его вот-вот разорвутся.
– Ты еще не убегал от улеб-хёстов или слуг болотного короля. – Принцесса свалилась рядом.
Но Лютинг, последним сошедший с лестницы, потянул ее за капюшон.
– Вставайте! Прежде чем спать, нужно разжечь костер и согреться.
– Буран на твою голову, – прошипел Хёльмвинд сквозь зубы. Тело его превратилось в сплошной комок боли.
Опиравшаяся на колени терновая колдунья склонна была согласиться, если бы не беспощадная правота приморского королевича: они вымокли и продрогли. Негоже в таком виде ночевать в траве. К счастью, у Изольды был припасен порошок, которым снабдила подругу Лива. Если посыпать им поленья, пламя будет полыхать без остановки несколько часов.
– Вот. – Негнущимися пальцами она протянула мужу заветный мешочек. – Щепотки хватит до рассвета.
Таальвен