вверх трость с набалдашником в форме граненого алмаза и тут же поймав ее, направилась прочь из комнатушки.
Глава аукциона, и он же – главный судья Златногорска Штульц находился в центральном зале, готовясь к очередному аукциону. Зал этот выглядел так: выше всего находилось место Штульца, окруженное перилами. Чуть ниже, по правую и левую сторону от судьи, находились две других платформы, уставленные стульями. К ним ступеньки вели со стороны главного входа. С противоположной же стороны лесенкой стояли другие скамейки, да так, чтобы люди, сидящие на них, смотрели на главу аукциона.
Говоря проще, все помещение напоминало театральный зал, хоть и отдаленно.
Сам же Глава Аукциона выглядел как… Гора жира. Ну, или как тюлень. Он был толстым. Очень толстым. Полные сосиски-пальцы на обеих руках были сплошь украшены перстнями с различными драгоценными камнями. Голова практически облысела, но отсутствие растительности прикрывал черный цилиндр, инкрустированный мелкими драгоценными камушками, а в центре головного убора красовался большой изумруд. Серые брюки, белая рубашка в зеленый горошек и жилет в черно-зеленую полосу – все это как-то скрывало вываливающиеся бока, придавая им некую солидность. Трость с круглым золотистым набалдашником стояла рядом.
Ну так вот, Штульц готовился к чему-то, стоя на своем привычном месте, которое возвышалось над главным залом.
– К очередному аукциону готовишься? – раздался голос.
От неожиданности, Главный Судья подскочил вверх. По крайней мере, он предпринял попытку.
– Опять ты через черный ход заходишь?! – возмутился тот, пытаясь отдышаться. – Почему нельзя просто войти через главный?
– Просто не хотелось, – ответил голос. Мужчина в золотом поднялся к Штульцу. – Ну так что, аукцион?
– А? – отозвался главный судья противным голосом. – А! Нет! Суд. Эдрик лишней работы подкинул.
– Ну, работу свою ты всегда выполняешь хорошо! – улыбнулся человек в бабочке.
– Что правда, то правда, – усмехнулся Штульц. – И кстати, Платз, ты чего это вдруг наведался?
Платз положил руку Главе Аукциона на плечо.
– Как что? Разве я просто не могу навестить старого друга?
– Да брось, у тебя наверняка есть, что мне сказать.
Человек в золотом ухмыльнулся и что-то прошептал судье на ухо.
Глаза Штульца расширились.
– Да неужели?! И ты хочешь это… Прям это?! Прям…?! – воскликнул он.
– Да! Все складывается как нельзя лучше. – Платз поправил очочки, которые блеснули. – Что скажешь?
– Как что, – ухмыльнулся глава Аукциона. Розовые щечки его поднялись вверх, – такое нельзя пропустить. И никто такого не пропустит!
– Эх, ну вот и отлично! – Платз похлопал гору жира по плечу. – Я пока пойду, надо еще кое-какими делами заняться. А тебе удачи с заседанием!
– Удача, неудача! – фыркнул Штульц. – Все равно все будет так, как я захочу!
Аукционист