Александр Башибузук

Эмигрант. Господин поручик


Скачать книгу

хорошо, – довольно кивнул эскулап и, достав из саквояжа слуховую медицинскую трубку, скомандовал: – Еще раз послушаем вас, молодой человек. Дышите как можно глубже…

      Во время процедуры выяснилось, что одежка куда-то исчезла, сам я лежу в постели в чем мать родила, а мерзкое амбре застарелого пота, которым вовсю благоухала моя тушка, сменилось приятным запахом цветочного мыла.

      «Здрасьте… С какого, спрашивается, вдруг такое шикарное обращение? – немедленно озадачился я. – Подобрали, обогрели, вымыли, да еще доктора вызвали. И она меня вчера явно узнала. Все бы ничего, но вот я ее в упор не опознаю. Впрочем, это вполне объясняется амнезией. Черт побери, может, я на самом деле Александр Аксаков? Или Алексей. И знал эту шикарную бабу в прошлом? Вполне может быть. Но вот досада, никакой потерей памяти не объяснишь окружающий антураж начала двадцатого века. Ведь я точно знаю, что моим временем было двадцать первое столетие. И что такое мобильная связь с интернетом – тоже помню. И много чего еще. А здесь подобными вещами даже не пахнет. Вон у дохтура вместо стетоскопа какая-то допотопная труба. Такую, наверное, еще Антон Палыч Чехов пользовал, в свою бытность земским врачом. И так все вокруг. Япона мать… Не нравится мне это. Ой, не нравится. А если…

      Но развить мысль помешал лекарь.

      – Я выпишу кое-какие лекарства, мадам Минаж, – месье Дюруа с треском захлопнул саквояж. – Микстуру и порошки заберете у Франсуа сегодня вечером. Принимать строго по рецепту. Ничего непоправимого пока не вижу. А сейчас, пожалуй, я осмотрю вагины ваших цыпочек…

      Доктор весело хрюкнул, удивительно легко для такой туши встал и проследовал на выход из комнаты.

      – Да-да, конечно, месье Дюруа, девочки уже приготовились, – мадам Минаж проводила врача, закрыла за ним дверь, после чего резко обернулась ко мне и довольно угрожающе процедила:

      – А теперь изволь объясниться, Алекс!

      «К лепиле она обращалась на “вы”, хотя явно с ним хорошо знакома, – не спеша отвечать, отметил я. – А ко мне сразу на “ты”. Опять же, швейцар на входе пропустил в бордель, хотя, по логике вещей, должен был такого оборванца пинками спустить с крыльца. Что сие значит? А сие означает, что меня и эту женщину связывали не только дружеские отношения. Н-да… очень оригинальное открытие; с хозяйкой борделя я еще шашни не водил. Или водил?..»

      Француженка при виде моего молчания сразу же сменила гнев на милость.

      – Я же переживала! – жалобно всхлипнула она и, картинно заламывая руки, бросилась ко мне на грудь. – Как ты мог?!! Целых полгода ни одной весточки! Я уже думала, думала…

      – Мадам Минаж… – я осторожно провел рукой по ее иссиня-черным волнистым локонам.

      – С каких пор я стала для тебя мадам? – возмутилась француженка. – Ты меня всегда называл Люсьен и Люси. Иногда… Льюська… если я правильно выговорила.

      – Люси… Тут такое дело… Я… я все забыл…

      – Что? – оскорбленно вскинулась женщина, но тут же взяла себя в руки и совершенно бесстрастно