все чаще. И так как «Мыслитель» самовосстанавливающийся – или, по меньшей мере, должен быть таковым, – никто не мог с этими поломками ничего поделать. Добравшись до восточной стороны длинного каменного моста, который вел в Собор, Логан издалека увидел, как Фрэнсис внезапно упал на бордюр.
– Вырубил меня ударом сзади, – пробормотал напарник, потирая голову, когда Логан приблизился. – Твой беглец жесток.
Логан просканировал район, и прибор показал – Дойл совсем близко. На мосту мелькнула тень, Логан поднял пистолет для выстрела, однако не смог ничего толком рассмотреть: Дойл спрятался за каменным парапетом, толстая кладка надежно его защищала.
– С ним покончено, – сказал Фрэнсис.
Беглец меж тем добежал до конца моста и нырнул за руины склада. Но через несколько секунд появился вновь, отступая от надвигающихся на него фигур.
– Беспризорники! – выдохнул Логан.
Беспризорники окружали Дойла, их движения были какие-то странные, и Логан догадался – они под действием возбуждающего мышечную активность наркотика «Боец». Маленькие фигуры хаотично и непрерывно двигались, порхая, словно земляные стрекозы. Фрэнсис тоже понял это и выругался.
«Где они его берут?» – удивился Логан. «Боец» запретили после Малой Войны. Препарат был разработан на случай боевых действий для ускорения реакций бойцов, он увеличивал силу человека в десятки раз, помогая преодолеть врага за считаное время. При этом реакцию организма на препарат сложно контролировать, за несколько минут сердце совершало такое количество ударов, которое обычно совершает за день, время пролетало невероятно быстро. Только очень молодые люди могли его использовать.
Логан наблюдал за тем, как быстро фигуры атаковали беглеца, и его брови взлетели на лоб от удивления. Из-за действия наркотика палки в руках беспризорников буквально превратились в стальные молотки. Он лежал на земле, подняв руки в попытке отразить удары, но беспризорники практически его убивали. Они окружили его со всех сторон, и с каждым ударом беглец был все ближе и ближе к смерти. Логан и Фрэнсис спрятались за кучей щебня, кровавая бойня разворачивалась прямо у них на глазах.
– Попробуем пустить газ, – предложил Фрэнсис.
Они надели зажимы на нос. Фрэнсис настроил пистолет на режим испарителя и, прижав его к краю стены, выпустил снаряд. Заряд газа заставил беспризорников отступить. Дойл, скрючившись, неподвижно лежал на земле.
– Давай осмотрим его, – предложил Логан.
– Я справлюсь, прикрой меня.
Прежде чем Фрэнсис успел добраться до беглеца, беспризорники перегруппировались, чтобы напасть снова. Они заставили напарника отступить в темное укрытие за камнями. Логан выстрелил азотным зарядом, нейтрализовав троих. Это задержало их, дав ему время добраться до Дойла. Лицо беглеца представляло собой месиво из крови и костей; его губы конвульсивно шевелились, он повторял и повторял какое-то слово. Логан наклонился ближе, чтобы разобрать шепот: «Убежище».