и затем связывание с ней, пока она не становится присвоенной, как особый объект мысли или особое поле деятельности. Наконец, как утверждает западная психология, ощущения приходят не все сразу, а раздельно. Эти «точки чувства» должны быть собраны вместе и составлены в одно целое. Эти три функции – внимание, отбор и синтез определенного разнообразия чувств – принадлежат к тому аспекту ментального тела, внутренним представителем которого является Манас. Как Манас (ум) необходим для чувств, так и они необходимы для Манаса, потому что Манас – область желаний, без которых он не может существовать. Это желания познавать или действовать, и поэтому они проявляются вместе с Индриями.
Манас ведет за собой Индрий, и через него чувства получают свою силу. Без помощи внимания Манаса другие Индрий не способны совершать свои функции, а так как это Индрий восприятия и действия, то Манас, сотрудничающий с теми и с другими, разделяет характер познания и действия.
Объединяясь с глазами или с другими органами чувств, Манас становится деятельным, будучи в то же время отдельным, разобщенным с этими особыми инструментами, которые не могут выполнять свои функции иначе как только в сочетании с Манасом.
Его функция называется Самкальпа-Викальпа, то есть отбирание одного и отбрасывание другого из того материала, который дают Джняна-Индрии. Когда, находясь в контакте с объектами чувств, он отбирает ощущения, которые должны быть представлены другим способностям ума, то это Самкальпа. Однако активность Манаса самого по себе еще не вызывает ни умственный результат, ни чувство удовольствия или неудовольствия. Он не является независимой силой, чтобы обнаружить себя для субъекта, переживающего опыт. Прежде чем та или иная вещь может быть обнаружена и реализована как объект восприятия, она должна быть субъектом операций Ахамкара и Буддхи, потому что без «освещенности» интеллектом она останется темной и невидимой познающему, и усилия Манаса будут слепы и подобны движению на ощупь в темноте. Образы, которые создает Манас, не могут воздействовать на познающего ни сами по себе, ни каким-либо иным способом, пока познающий не отождествит себя с ними посредством Ахамкара, то есть сделает их своими собственными в ощущениях и переживаниях. Манас, будучи таким опытом активности в темноте, невидимый и не обнаружимый светом Буддхи и не проявляющий себя для познающего до тех пор, пока он не отождествит себя с ним в чувстве единства, в котором темнота, вуалирующая качество Шакти-Пракрити, проявляется более всего. Эта Гуна также преобладает в Ин-дриях и в тонких объектах их операций – Танматрах.
Ахамкара («Я есть делающий») – это выделение самого себя, то есть сознавание самого себя в качестве личностного «Я», самосознания, – той формы мирового опыта, в которой Джива думает о себе самом как об отдельной личности, которая находится в связи с объектами его опыта. Это сила самовыделения, посредством которого все эти слагаемые сливаются в одно «Я», а восприятие