у этого полуэльфа. Мысли совпадают полностью. Да и знает он меня как облупленную, он сразу всё почувствовал и всё понял. Умница Таш, что бы я без него делала?
А вот кое-кого я просто ненавижу…
Они не сказали! Демоны и упыри, они просто никому и ничего не сказали! Поругались из-за мелочи!.. Звучит так же бредово, как то, что Друсилия – чистая и невинная дева с ангельским характером.
Сердце защемило от непереносимой тяжести. Значит, пустяки… Может, и я для них пустяк? Выходит, что так. Демоны, как же больно…
Чтобы как-то отвлечься, я схватилась за следующее письмо. Кипенно-белый конверт, сургучная печать с когтистой лапой, небольшой листок внутри и всего несколько строк:
«Три дня назад я получил письмо. При его прочтении я в третий раз за эти полгода испугался за твою жизнь. Что бы ни случилось, приезжай. Со мной ты будешь в безопасности. Обещаю».
Вот этому обещанию можно верить. Написавший это письмо никогда не нарушит своего слова, он много прожил и много видел. Потерпи ещё немного, Киртан, через несколько месяцев мы увидимся.
Я машинально прикоснулась к шее, где ещё совсем недавно висела капелька чёрного хрусталя. Я всегда знала, что на нём заклинание слежения, да и как могло быть иначе? Кирт всегда за меня волновался, я помню его глаза тогда, на крыше одного из домов Нижнего города в Айтраске, когда я по доброй воле нырнула в воду, кишащую тираньями, а потом вытащила их всех на берег, чтобы уничтожить. Я видела лицо Киртана, когда я вернулась спустя лишь два часа. Такие эмоции невозможно подделать.
– Мне всегда он нравился, – одобрительно проворчал Химо с моего плеча.
Я невольно хмыкнула. Ещё бы, некромант нашёл оригинальный способ, как подлизаться к пауку, – он по тихой грусти пичкал его карамелью, зная, что тарантул жить без неё не может. А украдкой потому, что я дико материлась на них обоих, когда в очередной раз отмывала совершенно перемазанного и липкого Химо.
Пятое письмо было от магистра Пилата. Хех, давненько меня так не ругали! Декан не поскупился на крепкие выражения в мой адрес, даже точки вместо особо впечатляющих слов не поставил! У меня создалось впечатление, что письмо мне писали на исконно орочьем языке, а не на всеобщем.
Я невесело усмехнулась и отправила и это письмо в костёр. Не хранить же их, в самом деле! У моих ног осталось два письма. От Латриэля и близнецов. Вот же…
Я не ругаюсь, я не ругаюсь, я не ругаюсь…
Да ни хрдыра я не могу не ругаться!!!
– Ты что, не будешь читать последние два письма? – каким-то отстранённым голосом спросил Ри.
Я повернула голову и увидела, как дроу с каменным выражением лица сминает своё письмо и конверт в придачу. Мгновение – и они вспыхнули прямо у него в руке.
– Ри, что случилось? – осторожно спросила я, глядя, как эльф небрежно стряхивает с ладони пепел.
– Мне написали из дому, – глухо произнёс Танорион, – и выдвинули условие: либо я в течение трёх дней возвращаюсь домой…
– Либо? –