Оздоровление по Б. В. Болотову: Пять правил здоровья от основоположника медицины будущего
это тюрьма для элементов. Они лишены свободы поведения. А мир устроен на самом деле исключительно рационально. Он не признает окостенелых схем. Он должен постоянно меняться. Именно идея о том, что в природе нет ничего жесткого, а все, как писали древние, течет и изменяется, заставляя основу вещества – ядра элементов – постоянно превращаться, и вызывает у академиков патологическую ярость.
– Это же алхимия, – объясняют они с презрением, – нельзя же в XXI веке заниматься алхимией.
– Но ведь он на основе своих теорий создает приборы и установки, которые работают!
– Что они работают, нужно еще научно доказать. Может, приборы по другой причине работают. Во всяком случае, теории гражданина Болотова не укладываются в современную модель мира.
Вот и весь ответ. Значит, трансмутация ядер – лженаука алхимия?
Однако сам Борис Васильевич убежден, что его концепция управляемой трансмутации вещества объясняет разные «нестыковки», на которые химики привыкли закрывать глаза. Он считает, что для создания ядерного реактора и, соответственно, выработки дешевой электроэнергии не нужно строить опасные атомные станции. Есть гораздо более удобный и безвредный холодный ядерный синтез. Думаете, это догадки, теоретические выкладки?
Отнюдь. На той страшной уголовной зоне Борис Васильевич собственноручно построил и запустил такой реактор! И вся зона отапливалась котлом, работающим по «лженаучному» принципу! Оказалось, что для такой мини-электростанции не нужен радиоактивный плутоний. Она превосходно обходилась простыми веществами. Эксперимент был такой. Лагерному начальству срочно потребовалось построить на литейном производстве печь. Если приглашать специалистов с воли, так им нужно платить. А тут сидит настоящий физик, химик и инженер. И он может сделать такую нужную для зоны печку совершенно бесплатно. И взялся Болотов за строительство печки, а на самом деле провел первый на Украине эксперимент по созданию низкотемпературного ядерного реактора. Давно он мечтал о таком опыте, но на воле на него финансы выделять отказывались. Реактор Болотова служил одновременно и печью, причем как печь он был просто превосходен. Начальство осталось довольно. Средства сэкономлены. И Болотов был доволен: опыт проведен успешно. Ради этого строительства он даже задержался на зоне. Отказался выходить на свободу, пока не достроит печь. Редкий случай, между прочим, в истории ГУИНа, если не единственный, когда зэк отказывается от свободы…
Тем более что до этого строительства даже бежал (потом ему добавили еще и за побег, а после строительства печки «добавку» аннулировали). С этой зоны, как хвалилось начальство, никому еще не удавалось бежать. Болотову пришлось: о нем пустили слух, что сидит он не за антисоветчину, а за изнасилование дочери (которой у Бориса Васильевича никогда не было, был сын). Такое обвинение на зоне, даже ложное, равносильно смертному приговору: зэков забивают насмерть. Вот и решился на побег. Сговорился с другим «политическим» (тот сидел за анекдоты),