по татуированному запястью.
– Ну, уж Карнавал-то от нас не уйдет, – заметил Линдсей.
– Карнавал не считается. На афродизиаках никого не узнаешь.
– До точки рандеву еще три месяца. Значит, могу попробовать с трех раз тебя угадать.
– Ты же бывал на Карнавале; знаешь, как это, на дизиаках-то. Там же ты сам не свой. Просто кусок мяса.
– Я могу удивить тебя, – сказал Линдсей, глядя ей в глаза.
– Тогда я тебя убью. Адюльтер – уголовное преступление.
Космический корабль «Красный Консенсус» 13.10.16
Линдсея разбудил корабельный таракан, принявшийся щипать ресницы. В порыве отвращения Линдсей смахнул его, щелчком отправив куда-то в угол.
Спал он обнаженным, если не считать паховой чашки. Такие носили все мужчины – они предохраняли яйца от парения в невесомости и раздражения. Смахнув с комбинезона другого таракана, решившего полакомиться чешуйками отмершей кожи, он оделся и оглядел гимнастический зал. Двое сенаторов спали, прилепившись к стене подошвами и причудливо раскинувшись в невесомости. На шее женщины, подбирая капельки пота, сидел еще один таракан.
Если б не тараканы, воздух на борту постепенно превратился бы в густую взвесь чешуек отмершей кожи, пота и прочих трудноуловимых выделений. Лизин, аланин, метионин, карбаминовые соединения, молочная кислота, половые феромоны – постоянные потоки органики, испаряемые человеческими телами, незаметно насыщали воздух. Тараканы являлись жизненно необходимой деталью экосистемы корабля. Они подчищали мельчайшие капли жира и крошки пищи.
Тараканы, как насекомые крепкие и ко всему привычные, обосновались на корабле едва ли не с первого дня постройки и великолепно освоились с обстановкой. Благодаря химическим приманкам и отпугивающим веществам второго депутата их даже удалось в некотором смысле приручить. Но Линдсей до сих пор ненавидел их, не в силах спокойно наблюдать, как они копошатся и судорожно, рывками, перелетают с места на место. В такие моменты ему страстно хотелось оказаться где-нибудь в другом месте. В каком угодно.
Одевшись, Линдсей выплыл через затянутый мембраной люк. Пластволокно распалось от прикосновения на отдельные нити и мгновенно затянулось за ним. Ткань была тонкой, но герметичной и прочной, как сталь. Изделие шейперов. Скорее всего, краденое.
Привлеченный музыкой, он забрел в рубку управления. Здесь собралась большая часть команды. Президент, двое парламентариев и третий судья, нацепив видеоочки, смотрели шейперскую агитпрограмму. У консоли сидел главный судья, просматривая передачи, выловленные в пространстве корабельным зондом. Он был намного старше любого другого члена команды и никогда не участвовал в Карнавалах. Это, вкупе с высоким постом, делало его беспристрастным арбитром во всех делах.
– Есть новости? – громко спросил Линдсей, нагнувшись к самому наушнику судьи.
– Осада продолжается, – ответил старый механист без всякого видимого удовлетворения. – Шейперы держатся. – Пустые глаза его обежали приборную доску. – Хвастаются победой в Цепи.
В