Настю спящей, как это бывало много раз за время их короткого супружества. Но вернувшись, обнаружил, что Настя ходит по квартире, в чем мать родила, и спать явно не собирается.
– Ты это чего? – разинул рот Егор, глядя на голую жену.
– Ничего. Одеваюсь.
И в подтверждение своих слов Настюша вытащила комплект новенького, еще в упаковке, нижнего белья, с хрустом сорвала целлофан и надела трусики, а потом и лифчик. Затем содрала резинку с волос и распустила их.
– М-м-м, – с удовлетворением пробормотала она. – А ведь ничего… Могу, если захочу.
Оторопевший Егор молча наблюдал за тем, как жена достала из шкафа алое платье на бретельках, которое едва прикрывало ей зад.
– И что? Ты так и пойдешь?
– Ты прав, на улице уже не лето.
И Настюша надела маленькую черную кофточку, которая как нельзя лучше подошла к ее платью.
– Куда ты собираешься? – недоумевал Егор, который все еще считал происходящее шуткой, хотя и несколько дурного тона.
И так как жена молчала, то он повысил на нее голос:
– Я тебя спрашиваю! Куда ты намылилась в таком виде?
– Куда? Я иду в ресторан.
– Ты? В ресторан? В два часа ночи?
– Ну да. А что тут такого? Неужели во всем большом городе не найдется хотя бы один работающий в это время ресторан? Вот ты у нас знаток злачных заведений, не подскажешь, куда мне лучше всего пойти?
– Еще чего!
– Ну и ладно, – миролюбиво согласилась Настя. – Сама найду что-нибудь подходящее.
И она направилась к дверям. Поняв, что жена вовсе не шутит, Егор одним прыжком преодолел расстояние до нее и, удерживая на себе махровое полотенце, воскликнул:
– Постой-ка! Я тебя никуда не пущу в таком виде!
– А что не так со мной опять? Ах да! Я же забыла накраситься.
Настя взяла косметичку, с пренебрежением фыркнула на свою обычную светло-розовую нейтральную помаду и, порывшись в ящике, извлекла опять же новенький тюбик с ярко-алой помадой. Умело нарисовав себе ею губы, Настя чмокнула свое изображение в зеркале.
– Эт-то что еще такое? – только и сумел выдавить из себя Егор. – Ты чего это?.. Ты и впрямь уходишь? Без меня?
Но окончательно спятившая супруга лишь весело воскликнула в ответ:
– Чмоки-чмоки, дорогой!
Схватив сумку и плащ, она выпорхнула на лестничную клетку прежде, чем Егор успел в свою очередь что-либо произнести. Он прислонился к стене, не обращая внимания на то, что по ногам уже начинает изрядно тянуть холодом. Настюша, похоже, забыла закрыть входную дверь их квартиры. И это было даже еще более пугающе, чем все то, что происходило до того. Ведь обычно жена была очень внимательна и даже занудлива по части всякого рода безопасности. И дверь у них в квартиру была снабжена сразу тремя замками. Да еще сигнализация имелась. И Настюша никогда не уходила из дома, предварительно не убедившись, что все замки закрыты, а охрана активизирована.
Она и Егору в этом вопросе не доверяла. Даже после того, как он закрывал дверь, она обязательно еще дергала ручку, словно