и продадут в рабство. Будешь до конца жизни рубить тростник или что там сейчас рабы делают.
– Эх женщины, – протянул Стивен устало вздыхая, – вы вечно думаете выводами, а не фактами и выбирая самые худшие – накручиваете себя.
– Поговори мне тут еще, – проворчала Ванесса, сердито уставившись на него.
– Да понял я, понял – Стивен улыбнулся и откинулся назад поднимая руки.
Подмигнув младшему брату сказал :
– Везучий подонок.
Тот приподнял воображаемую шляпу:
– Мое почтение.
– Пойду я пожалуй в душ- сказал Стивен поднимаясь.
– А я с подругами договорилась пойти на выставку экспрессионистов – сказала Ванесса.
– Успехов, – сказал Майкл, подливая чай.
Оставшись ,один он грустно осмотрелся, но потом тряхнув головой, улыбнулся и продолжил завтрак. Закончив есть он встал и пошел осматривать дом. Большой особняк был похож на предыдущий, но все же и отличий было много. Проводя рукой по стене он вспоминал прежний дом – другие обои, другие картины на стенах. Вспоминал события того солнечного июльского дня. Проходя по гостиной Майкл увидел залитый солнцем семейным портрет. Мама, папа и братья улыбались смотря с него. Отец на портрете положил руку на плечо младшего сына. В углу портрета были две дыры от пуль, хоть и старательно заделанные, но на ярком солнце отчетливо видные. Резкая тяжелая боль кольнула сердце Майкла. Прислонившись лбом к картине он заплакал. Горячие слезы обжигая текли по щекам и капали на грудь.
– Кровь и слезы, постоянные наши спутники, сын – вспомнил он слова отца. Все рожденные в клане Фальконе обречены на преступную жизнь. Будь твердым в своих решениях не оборачивайся назад и отпускай людей с легким сердцем. Чудовищ могут полюбить лишь себе подобные, все остальные будут боятся их. Но не этого я желаю для своих детей, совсем не этого Майкл. Надеюсь ты никогда не станешь таким как я и проживешь добрую, светлую жизнь.
– Я не смог отец – прошептал Майкл, с каждым днем во мне все меньше того мальчика. Но я смогу защитить свою семью и дать надежду всем остальным. Род Фальконе не прервется.
Успокоившись и взяв себя в руки он вытер лицо и продолжил путь по дому. Зайдя на кухню он обнаружил там повара, который что-то варил в небольшой, блестящей кастрюле. Это бал афроамериканец с тонкими усами и огромным животом выпирающем из под фартука.
– Здравствуй дядя, – весело сказал Майкл, запрыгивая на крутящийся барный стул.
– Здарова парень, день стирки? – сказал он осматривая раздетого гостя, оказавшегося в его владениях.
– Похоже на то, слушай бутерброды конечно отличные, но мне бы чего-нибудь посерьезнее.
Повар усмехнулся и достал из холодильника большую миску мясного салата.
– Налетай, – сказал он и воткнул в салат ложку.
– Спасибо, – ответил Майкл зачерпывая из миски. Вкусно, а как тебя звать дядя?
– Джей Би. – а тебя малец?
– Майкл Фальконе, – сказал малец уплетая салат.
Глаза повара округлились.
– О,