мужчина… А могу ли я считать его своим? Имею ли право влезать в чужую семью?
Эти сомнения одолевали меня постоянно. Стоило мне отпустить свои мысли, и они, словно гигантские пауки, поселившиеся в моей голове, тут же начинали плести липкую паутину из чувства вины и обиды.
Какое-то время я пыталась бороться с ними и бессонницей. Сначала я боялась пошевелиться, чтобы не разбудить Костю, но постепенно тело начало затекать в статичном положении. Наконец, я поняла, что уснуть так вряд ли удастся, поэтому осторожно сняла с себя руку мужчины и выскользнула из его объятий. Костя зашевелился и изменил позу, но не проснулся.
На цыпочках я прокралась к шкафу и вытащила оттуда аккуратно свёрнутый мягкий халат. Накинув его, я спустилась в большой холл с камином и… вздрогнула от неожиданности.
На кресле, спиной ко мне, сидел крупный широкоплечий мужчина.
«Кто это?!» – подумала я, лихорадочно соображая, что делать. Внутри всё сжалось, а по спине моментально пробежал холодок. Картинки недавно пережитого кошмара заплясали перед глазами.
Рука сама потянулась к массивной бронзовой скульптуре, которая стояла на постаменте у входа.
Услышав мои шаги, мужчина резко поднялся и повернулся так, что я смогла
увидеть его лицо.
И тут рука моя замерла, а мне стало невероятно стыдно за подобную реакцию.
Передо мной стоял всего лишь… водитель Зимнего.
– Олег?! – удивилась я. – Ты… разве не должен быть дома?
– Константин Маркович просил сегодня остаться, – официальным тоном сообщил водитель, в один момент вытянувшись по струнке. – Сказал, что может быть вам потребуется выехать ночью.
– Я думаю, сегодня мы уже никуда не поедем, – улыбнулась я, подходя к камину, в котором уютно потрескивали дрова. – Так что, думаю, можешь спокойно ехать домой.
– Но, Константин Маркович… он не давал распоряжения…
– Не волнуйся, я ему скажу, что отпустила тебя, – успокоила я водителя, и тогда он, наконец, засобирался.
Повисла неловкая пауза.
– Я тут… разжёг камин… – сообщил Олег, торопливо натягивая куртку.
– Ничего, это даже хорошо. Я как раз собиралась посидеть здесь немного в тишине, – ответила я доброжелательно, играя роль благородной хозяйки.
Мне так хотелось чувствовать себя богатой, роскошной, любимой женщиной, а атмосфера загородного особняка Зимнего более чем располагала к этому. После всех последних потрясений он не отпустил меня к себе домой, и мы с Ксюшей уже второй день пребывали в этом шикарном двухэтажном доме.
Проводив Олега, я погасила свет и, поджав под себя ноги, уселась в глубокое кресло напротив камина. Языки пламени за кованой решёткой вздымались яркими всполохами, с жадностью облизывая обуглившиеся поленья.
Дом уже был украшен к предстоящим новогодним праздникам, хотя до них