никто – ни юристы с адвокатами, ни «мохнатые лапы», ни продажные судьи.
Ребята у Моляра боевые, проверенные. Если за кого возьмутся, «закроют» наверняка. Хоть правдами, хоть неправдами. А иначе нельзя.
Бандит должен свое место знать. И помнить, что «шконка» в камере для него всегда наготове.
Кабинет у Моляра большой, но мебели в нем немного. Все – самое необходимое. Стол с телефоном, кресло. Слева – компьютер на компьютерном столике. Справа в углу – видеодвойка на тумбочке. Сейф. Пара шкафов. Перед столом – небольшой приставной столик с единственным стулом для посетителей.
В общем, обстановочка спартанская. Мебель, правда, стильная, офисная, в цвет подобранная. А вот стульчик для посетителей – словно на мусорке найден. Жесткий, затертый, колченогий, того и гляди развалится.
Моляр – психолог. И стульчик этот стоит у него неспроста. Своим сотрудникам он напоминает этим о том, что нечего в кабинете начальника рассиживаться, работать нужно. Ну а клиентам «шестерки» – о том, что пора привыкать к казенным мебелям и что разговор с ними будет короткий.
Моляр включил кофеварку, устало опустился в кресло. «Шестерка» тем временем наполнилась гулом и голосами. Это ребята на микроавтобусе привезли «чехов». Пока их допрашивали и «оформляли», уже и утро наступило.
Глава 6
Очень в этот раз Марье Ивановне с квартирантами повезло. Солидные, основательные, хоть и молодые. Бизнесмены. Приехали в Кольцов договоры на поставки заключать.
Уходят рано, приходят поздно, весь день в работе. Ни пьянок, ни женщин. Сняли две комнаты по объявлению в газете, деньги наперед заплатили.
В общем, не нарадуется Марья Ивановна на квартирантов. Одна беда – приехали они в Кольцов ненадолго. За две недели управились с делами – и вот съезжают.
Проснулись спозаранку, пошли умываться, на кухне чайник поставили. Стараются не шуметь, чтобы хозяйку не побеспокоить. А в старости какой сон? Давно уж не спит Марья Ивановна.
Полежала еще немного, накинула халат, подпоясалась, скрипнула дверью.
– Здравствуйте, Марья Ивановна!
– Здравствуйте! Уже собираетесь?
– Собираемся, Марья Ивановна.
Вздохнула старуха. Уж больно ей квартиранты пришлись по душе.
– Может, вам оладушков на дорожку испечь?
– Спасибо, Марья Ивановна. Не надо. Мы уж и так опаздываем.
Вконец расстроилась старуха. Вернулась к себе. Но долго не высидела. Снова вышла. А квартиранты с тряпками в своих комнатах порядок наводят, мебель протирают.
– Зачем? – всплеснула руками старуха. – Я сама приберусь, вы же опаздываете!
– Успеем, Марья Ивановна. Нам не трудно, а вы старенькая…
По-быстрому прошлись в комнатах тряпками, отнесли их в ванную, подхватили свои чемоданчики.
– Ну что, Марья Ивановна, провожайте!
Старуха щелкнула замками, открыла дверь, а у самой слезы на глазах:
– Храни вас господь!
– Ну что вы, Марья Ивановна! Не надо плакать! До свидания!
– До