Элизабет Гилберт

Последний романтик


Скачать книгу

а сама следующие двадцать пять миль прошла вместе с Юстасом. Донна была в прекрасной форме – прошлым летом она ходила в поход с друзьями из колледжа, – так что без труда поспевала за Юстасом. Они шагали, разговаривали, ели ежевику прямо с куста, а Юстас рассказывал Донне о каждой травинке, камне и веточке, что попадались на пути.

      В конце концов Донне пришлось вернуться в реальную жизнь, в Питтсбург, но ей этого не хотелось. Юстас сказал, что они – хорошая команда, и Донна была с ним согласна – так и есть! И время для того, чтобы объединиться, было самое подходящее, потому что, как выяснилось, Юстасу предстояло лишиться своего верного спутника. Фрэнк Чэмблес решил прекратить путешествие, так как слишком скучал по своей подруге Лори и чувствовал, что у него еще есть шанс всё исправить, если он закончит поход и направит все силы на примирение. Юстас понимал друга и принял его искренние извинения. И всё же ему было очень жаль потерять спутника – ведь до конца пути оставалась всего какая-то тысяча миль. И вот он увидел, как хорошо держится на тропе Донна (не говоря уж о том, что делить с ней палатку было очень приятно), и его осенило. Он предложил ей встретиться с ним в Виргинии спустя несколько недель и продолжить поход. Донна предложение приняла. В тот момент она была готова пойти хоть в Исламабад, лишь бы снова увидеть Юстаса Конвея.

      По прошествии нескольких недель она села на ночной автобус, захватив рюкзак и спальный мешок, и поехала на юг навстречу Юстасу. Бегство Донны с каким-то худосочным парнем в одной набедренной повязке настолько рассердило ее мать, что та даже не сказала дочери «до свидания».

      М-да. И с кем из нас не случалось то же самое в девятнадцать?

      Донна думала, что поход по Аппалачской тропе с Юстасом Конвеем подразумевает задушевные беседы, прогулки, наблюдение за природой, романтику – и так будет весь остаток пути. И действительно, в первый день похода Юстас не отходил от нее и рассказал ей много интересного о деревьях и цветах. Однако на второе утро пути он рано проснулся и сказал: «Сегодня я пойду вперед. Хочу пройти тридцать миль. Встретимся на стоянке в обед». С тех пор они больше вместе не ходили. Каждый день она шла без него по тропе. Он выходил на рассвете – она шла следом. Единственным средством общения были записки с руководящими указаниями, которые он ей оставлял. «Донна, вода в 20 футах налево. Там же хорошее место для отдыха». Или: «Впереди тяжелый подъем, но я знаю – ты справишься!»

      По вечерам она нагоняла его в лагере, который он разбивал к ее приходу. Они ели еду из помойки, или пойманную дичь, или гнилые объедки, а потом ложились спать. Иногда Юстас долго не засыпал и полночи рассказывал Донне о том, как мечтает изменить мир, – и ей очень нравилось его слушать. Донна никогда не была счастливее, чем в те дни, за исключением, пожалуй, того момента, когда он назвал ее своей «маленькой итальянской крепышкой».

      Вся эта дикая природа была ей в новинку. (Один раз, когда они проходили мимо стада на лугу, она спросила: «Это коровы или лошади?») Но Донна была