в этот юркий, маленький язычок.
– А чего переехали? – он спрашивал, будто его это интересовало на самом деле. Всё, что интересовало Дамира – каков вкус у торчащего под майкой соска, и какого дьявола она не надела лифчик?
– Так, – попутчица неопределённо махнула рукой и тут же продолжила:
– Меня Эля зовут, в честь Элизабет Тейлор.
– Элизабет не Лиза разве?
– Я Элеонора, поэтому Эля.
– Логично! – Дамир засмеялся, даже машину пришлось остановить. Элеонора в честь Элизабет Тейлор! Безумная девчонка.
– Это папка, когда пошёл записывать, имена перепутал, – смеясь, объясняла Эля. – Мама сходила потом в ЗАГС, или где детей записывают, но поменять не дали. Но факта это не меняет, меня назвали в честь Элизабет Тейлор. А тебя как зовут?
– Дамир.
– Странное имя, я такого не слышала.
– Обычное татарское имя, посредственное, я бы сказал, – он усмехнулся, смотря на круглые глаза Эли.
– А зачем тебе татарское имя?
– Потому что я татарин?
– Да ну! Какой же ты татарин, – Эля закатилась в смехе, а Дамир тонул в этом всполохе и едва не набросился на порочные губы, прямо сейчас призывно раскрытые. – Татары – они другие.
– Какие другие? – он невольно улыбнулся непосредственности Эли. – Поволжские булгары, мишари такие и есть, – он развёл руками, шутливо кланяясь, силясь не засмеяться. – А ты думала – какие?
– Ну, тёмные там, с усами… Как Чингисхан! А ты рыжий! Ну, тёмно-рыжий, шатен даже, веснушек-то нет, – она провела пальцем по лицу Дамира, останавливаясь на носу и подбородке. – Колешься… – прошептала.
Сколько раз после этого Эля шептала: «Колешься…». «Колешься… колешься…».
Глава 4
Дамир. Прошлое. Поволжье
Поповка – небольшое село на крутом, обрывистом берегу Волги. Когда-то оно принадлежало колхозу имени Ленина, тех времён Дамир не помнил, но слышал о них порядком. В колхоз входили окрестные деревушки и сёла, вот и Поповка попала.
С того времени много воды утекло, остался лишь кривой асфальт с выщерблинами, да дома-коттеджи из белого кирпича на два или три хозяина. Две параллельно расположенные улицы таких коттеджей, с кривобокими пристройками и задними огородами, некогда поделёнными точно согласно плану межевания, а теперь – кто сколько успел, тот столько и оттяпал. Далеко Поповка от райцентра, кто проверит? А с соседями всегда договориться можно. Полюбовно, под ядрёный первачок.
Странно, Дамир никогда не касался подобных дел, а нехитрые суждения местного населения словно проросли в него, а может, всегда там были. Как панель управления на сенсорном экране – понятно интуитивно.
– Вот здесь остановись! – крикнула Эля, махнув рукой в сторону одного из коттеджей с намалёванной синей надписью «тридцать два».
Названий улиц в Поповке не было, лишь номера на коттеджах, да и те в большинстве случаев облезли, истёрлись от времени. Остальные, частные домишки, и вовсе обходились без номеров, хватало фамилии. Там Ляушины