собирались остановить.
Гектор увидел Предвестника – мужчину со стальным взглядом, наделенного властью. Он был тогда значительно моложе телом, но не духом. Фаркаст отобрал Муно у смерти так же, как Хашат отобрала у смерти его самого. Ради чего? Пылающий ненавистью кусок льда, в который превратилась душа долговязого убийцы, жаждала забвения, но Предвестник лишил ее покоя, оставив жить в истерзанной пытками тюремщиков оболочке. Он поступил жестоко? Возможно. Это не имело значения – Гордон Фаркаст сделал бы это ещё раз, не задумываясь. Этого убийцу несколько лет ловила вся армия Судана. Он убил такое количество солдат и полицейских, что и сам потерял счёт. Идеальный телохранитель. Идеальный слуга. Преданный, безвольный, исполнительный. Такой же, как его хозяин.
– Мы знаем, кого искать. Дай нам время. Мы найдем Предвестника.
Гектору показалось, что существо испытывает грусть, и он подумал об этом. Мысли нескольких Чи-ктью скользнули по поверхности его разума, угаснув в синем мареве морских глубин.
– Бедная, несчастная Пальмея! Мы так скорбим! Так скорбим!
Чунг Сабао показал руками, что пора всплывать. Мужчины поднялись на поверхность, выбрались на каменные ступени и стали снимать оборудование для погружения. Освободившись от маски, Хронвек сказал:
– Дельфины скорбят о Пальмее. Но не о содружестве погибших миров ожерелья. Они думали о богине, которую создали древние Пентарали. Почему они вспомнили о ней? Какое отношение имеет она к Фаркасту?
Чунг Сабао ответил, выжимая из бороды воду:
– Ты прав. Чи-ктью всегда последовательны в своих мыслях. Это странно, но в этом есть смысл. Просто мы его не видим. Ты говорил, что богиня Пальмея погибла, когда в Муок пришло Хашат?
– Да, именно так.
– Странно.
Гектор поднялся на ноги.
– Нужно спросить у дельфинов, что им известно.
Смотритель ковчега покачал головой:
– Попробуй, но не надейся на многое. Чи-ктью очень легкомысленны. То, что они согласились помочь найти Предвестника – огромное везение. С этими ребятами вести переговоры невозможно, они как малые дети. Резвятся, играют и не строят никаких планов.
– Странно. Такой древний народ…
– Нисколько. Они никогда не строят планов. Они вообще ничего не строят, у них нет рук. Мы просто не способны этого понять, Гектор. Дельфины живут здесь и сейчас, и они куда счастливее нас, поверь. Так что не рассчитывай на долгие задушевные беседы о прошлом. Они помнят его, но не придают тому, что было, никакого значения.
– Но они грустят о мертвой богине!
– Грустят, да. Чи-ктью умеют очень тонко чувствовать. Они покажут тебе свои чувства, но не расскажут, почему им грустно.
Хранитель задумчиво кивнул и стал подниматься по лестнице.
***
Маленький человек в белой рубашке и черных брюках сидел за письменным столом, освещенном высоким торшером. У него был усталый, но сосредоточенный вид. Человек выглядел озабоченным.
Он