Двадцать лет – это не один миг, даже для бессмертного! Опротестуй приговор, пока не поздно.
– Не хочу.
– Почему?
– Тогда мне придется доказывать свою невиновность, а в подобной ситуации это просто унизительно. Так что Земля ждет.
– Я же без тебя здесь со скуки помру.
– Мне пора уходить, иначе я рискую родиться в том мире четвероногим.
– Что?
– В данный момент моя смертная мать пытается произвести меня на свет. Прощай, дружище.
Аджанара растворился в воздухе.
– Прощай, друг, – уныло протянул Вердгар. – Что это за мир такой – Лемилькуэ?
ГЛАВА 2. ИМПЕРАТОР УМЕР. ДА ЗДРАВСТВУЕТ ИМПЕРАТОР!
Звездная система в спиральном рукаве 83-40.
Сегмент 3000179-донта-трисс (по межгалактическому коду).
Планета Лемилькуэ (Земля).
Арназия. Столичный город Раминази.
4034–4038 гг. по Вервратскому земному календарю.
Зимой Белый замок почти сливался с небом и заснеженными холмами, выделяясь лишь синими башнями и золотыми шпилями и становясь еще одной возвышенностью над замерзшей водной гладью.
Но никогда не бывал так прекрасен Раминази, как весной и летом. Послы всех близлежащих государств приезжали увидеть Белый Город, окруженный сочно-зелеными холмами. Две горы, как два великана, открывали вход в залив Айрмон, и вид на его спокойные воды завершал великолепный пейзаж, открывающийся взору путешественников.
В Раминази забурлил новый день.
Шпиль главной башни дворца Верлинган засиял над городом. Первый луч летнего солнца под звуки горнов торжественно осветил голубые крыши императорского дворца, дома пекарей с Хлебных улиц, кузнецов Литейного Квартала, мелких ремесленников в безымянных переулках.
К дворцу со всех сторон света катились телеги и шли толпы людей. И северные, и южные врата были распахнуты настежь. Гордость Арназии – небесный щит – невидимый, но самый верный и надежный страж Верлингана, защищал дворец от любых напастей. В былые времена, много лет назад, его не смогли пробить ни многотысячная армия иноземцев, ни адское пламя сотни драконов.
Милантри ворвалась в покои императора подобно смерчу. Тщетно пытались ее остановить ошеломленные слуги и стражники.
– Отец! – закричала она с порога. – Это правда? То, что мне сказали?
Вирас неторопливо поднялся из-за письменного стола, разгладил на груди расшитое золотом платье. Он не спешил отвечать. С улыбкой любовался своей дочерью. Да и можно ли ею не любоваться? Даже в гневе она божественно прекрасна. И даже в этой неистовой «атаке» на отца принцесса выглядит безупречно в новом с иголочки пышном цикламеновом платье с нитками жемчуга. Правда, декольте настолько низкое, что еще чуть-чуть – и прощайте, нормы приличия. Но принцесса любит пококетничать с придворными, послами и гостями императора. Пусть уж…
– Что же такого сказал тебе советник, моя дорогая, что ты влетела ко мне, словно фурия?
– Вы сегодня на совете объявили