следил за их отношением к нему. Однажды Тай-цзу устроил пиршество в круге высокопоставленных лиц. Завидев Ван Яньчао, он, покосившись на него взглядом, сказал: «Когда я пришел к тебе на службу, почему ты меня не принял?». Ван Яньчао испугался, но, задержав дыхание, опустился на колени и сказал: «Тогда я просто занимал место окружного чиновника, в маленькой ложке дракон не плавает. Если бы я принял вас, были бы вы тем, кем являетесь сейчас? Такова воля небес!». Эти правдивые слова рассмешили Сун Тай-цзу.
Императору Сун было вполне комфортно с такими людьми, как Ван Яньчао, находящимися под его контролем. Однако были и такие военачальники, которые были близки к императорской семье Позднего Чжоу, и вот их стоило остерегаться. Император послал гонцов в разные части Поднебесной, чтобы узнать, как обстоят дела, и оказалось, что некоторые местные военачальники планировали восстать и устроить беспорядки! Одним из инициаторов был Ли Юнь, посланник Чжаои. Ли Юнь был расквартирован в Лучжоу (в Чанчжи, Шаньси), недалеко от Бяньцзина. Он был ветераном, все относились к нему с уважением, а император Сун уделял ему особое внимание. Когда императорский посланник передал Ли Юню приказ нового императора о присвоении дополнительного официального титула, его лицо осталось каменным. После уговоров у него не было другого выбора, кроме как подчиниться приказу. Но потом на банкете, где развлекали посланника, Ли Юнь попросил человека повесить портрет Го Вэя, опустился на колени и заплакал. Разве это не было слишком явным непринятием нового императора? Слуга поспешно сказал посланнику: «Мой господин пьян и забыл манеры, не принимайте это близко к сердцу».
Посыльный вернулся к Сун Тай-цзу с донесением, и тот немедленно начал свои приготовления. Он приказал, чтобы старшего сына Ли Юня, Ли Шоуцзе, перевели в столицу, и назначил его караульным императорского дворца, как будто его очень ценил.
Ли Юнь понимал, что делается это с целью взять его сына в заложники, поэтому он ответил хитростью на хитрость – послал сына в столицу, надеясь, что тот станет информатором. Приехав в столицу, Ли Шоуцзе нанес визит императору. Но он был удивлен, когда император Сун спросил его: «что ты здесь делаешь». «Ваше Величество, я вас не понял», – растерявшись, ответил Ли Шоуцзе. Сун Тай-цзу сказал: «А что же тут непонятного? Я давным-давно понял, что замышляет твой отец, возвращайся и скажи ему, что раз я теперь руковожу страной, он обязан соблюдать правила приличия, в противном случае любезничать я не буду».
Ли Шоуцзе поспешил обратно в Лучжоу и передал слова Сун Тай-цзу отцу. Плача, он произнес: «Нынешний император очень умен, Вам ни в коем случае нельзя перечить ему». Ли Юнь своего сына будто не услышал и с уверенностью в голосе сказал: «Я опытный военачальник династии Чжоу и побратим умершего императора, отчего же ты боишься Чжао Куанъиня? Кто в императорской гвардии смеет не подчиниться мне? Стоит мне только окликнуть их, они будут тут как тут!». Он приказал подготовить 30 000 солдат и лошадей и направил