проявлял чрезмерный интерес к древнеегипетской мифологии.
Дурачков без справки тоже не мало!
–Ну не знаю! Тебе что ни предложи, всё не так! Ты хоть объявления о пропаже развесь, в газету напиши. Может, у преступника и совесть появится, принесёт назад, как миленький.
–Можно, чем чёрт не шутит.
На следующий день Лаврентьев, проснувшись ни свет ни заря, поехал в гости к своей старой знакомой Галине Владимировне Фрунзе. Женщина работала в редакции ежедневника "Криминальный Ленинград", и за скромный подарок в виде коробочки конфет и букета роз могла без проблем напечатать необходимую нашему следователю заметку.
Утром 29 сентября всё было готово, Галина как всегда проявила фантазию и статья вышла со следующим заголовком: "Неизвестные похитили малахитовую кошку в надежде воскресить жреца Па-да-иста". Сама же заметка гласила:
"В собрании Эрмитажа хранится мумия жреца Па-да-иста. Примерный возраст останков – X век до нашей эры, точной информации нет, единственное, что известно наверняка – коллекцию саркофагов и мумий музею принёс в дар купец Аверов, выйдя в отставку после русско-французской войны.
Пропавшая же статуэтка хранилась в частной коллекции ныне покойного Александра Максимовича Зотова и как к нему попала, остаётся загадкой.
Если вы располагаете информацией о нахождении малахитовой кошки, просим немедленно сообщить в нашу редакцию."
Воодушевлённый Николай Платонович тут же сообщил о проделанной работе Акулине Сергеевне, но в ответ получил лишь пару вздохов и презрительное "Ладно".
Уже в не столь хорошем настроении, он расположился на диванчике в гостиной и решил ознакомиться с другими статьями. Внимание привлекла лишь одна:
"Неизвестные злоумышленники похитили и сбросили с моста главного борца с привилегиями партийной номенклатуры Бориса Ельцина".
Глава III
30 сентября события приняли неожиданный поворот. Домашний телефон следователя с утра буквально разрывался. Окончательно продрав глаза, он-таки сподобился ответить.
Галина Владимировна билась в истерике, кричала благим матом и проклинала его и Акулину Сергеевну вместе с её статуэткой. Начиная с двух часов ночи к ней в квартиру ломился обезумевший молодой человек и просил рассказать всё, что она знает о пропаже.
Николай Платонович немедленно отправился к Фрунзе. В подъезде, прямо посреди лестничного пролёта, на кафельном полу лежал юноша лет двадцати – двадцати пяти. Одет с виду прилично: брюки, туфли, кожаная куртка. Парень тяжело дышал, на лбу красовалась здоровенная ссадина.
Переступив через нарушителя спокойствия Лаврентьев как ни в чём не бывало постучал в дверь.
Перепуганная до смерти женщина не сразу открыла, долго всматриваясь в глазок. Вид у неё был устрашающий: взъерошенные огненно-рыжие волосы, розовый в цветочек халат прикрывал ночнушку с пятнами крови.
Явился наконец! – рявкнула бестия и пригрозила следователю монтировкой, которую до этого прятала за спиной. Николай Платонович