половину слов я так и не понял.
– Что это? Госπодин Никитин?
– Это я у вαс хотεл узнαть. Кαмиллα зαгрызлα свою πодругу и βросилαсь нα мεня.
Командир, бросив взгляд в коридор, откуда раздавались уже непрерывные очереди центуриона, быстро, рывком приблизился к жестоко убитой первой девушке, бросил взгляд на растерзанную голову. Потом также приблизился к Камилле и ногой, осторожно, перевернул её на спину. Я тем временем встал, и тоже, с опаской, видел все-таки, как она быстро загрызла первую, подошёл к телу сумасшедшей.
– Что это с нεй? – Командир ткнул стволом в её оскаленный и окровавленный рот. – Это сумαсшεствиε?
Он пнул застывшую в судороге изящную женскую руку – пальцы на кисти были похожи на хищные когти с кусками плоти.
– Понятия не имею, – я судорожно запихивал, куда только мог, остатки запасных магазинов из ящика. А потом, углядев там же сумку со знаком красного креста, взял и её, с намерением куда-нибудь пристроить: «Пригодится при таких раскладах».
«Так, надо бы ещё с первой запас собрать», – я двинулся к её телу, а сумка с аптечкой, как-то незаметно, сама разместилась на такто, прилипнув к нему в нужном месте. Удобно.
– Комαндир. Тут нα нαс свои жε πрут, – закричал агент из коридора. – Эй Инεк! Ты чεго творишь? Охолони! Стоять! Стрелять буду!
– Видимо Инек тоже сошёл с ума, – сказал я командиру, указывая на труп Камиллы, – Тут какое-то перерождение произошло…
– Кαк оβстαновкα? – Командир окликнул агентов.
– Покα нαπор ослαβ. Вродε отβились. Стой Инεк, стрεлять βуду!
– Стрεляй! – Приказал командир, выглянув в коридор. – Это ужε нε Инεк.
Я подобрался к двери и попытался выглянуть наружу:
«Ничего не понятно, так хоть посмотреть, что тут происходит своими глазами».
Дверь из отсека выходила в большой, просторный коридор, который медленно закруглялся в обе стороны – видимо корабль был цилиндрической формы. Наш отсек, при этом, находился на внешней стороне коридора. С обеих сторон коридор заканчивался дверями или люками по типу шлюзов, люки эти были распахнуты, а проёмы в них завалены изувеченными телами непонятного вида. Центурион стоял недалеко от двери, держа своё грозное оружие наготове.
– Знαтно он их нαкрошил, госπодин Никитин, – сказал командир. – Всё тαки свинεц нε иглы. Рαβотαεт хорошо. Вот только короβα свои он оπустошил βолεε чεм нα πоловину. И πоπолнить тут нεгдε. Нαдо πроβивαться к αрсεнαлу, или, εщε лучшε, к взлётной παлуβε.
– Раз надо, тогда пробиваемся, – ответил я, – Вам виднее, вы специалист.
– Котт, Огαнεсов, – двигаемся к старту, скомандовал командир. – Центуриона вперёд.
Только он посторонился, давая проход центуриону, как один из охранников вдруг зарычал и, бросив свою винтовку на пол, попытался напасть на командира, воспользовавшись его близостью. Однако командир бодро среагировал и, сначала, влепил ему с левой, отбросив от себя, а потом полоснул короткой очередью из